Том 11    
Глава 1. Угнетённый белый кролик


Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
lastic
30.08.2020 23:42
Хооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооо
millkays
22.08.2020 12:48
@Kristonel, я в любом случае начал бы с первого тома. Просто интересовался что покрыло аниме и на сколько. Но спасибо
kristonel
22.08.2020 02:39
>>45585
1 сезон покрывает тома с 1-5 (насколько я помню). Второй с 6-9. Второй сезон аниме лучше не смотреть, испортишь то хорошее впечатление, которое сложилось после первого сезона. История стоящая, а аниме никуда не годиться. Личное мнение.
Насчёт вопроса, из-за того что первый сезон аниме покрывает пять томов, очень многое упущено. Если думаешь, не начать ли читать книгу, начини с первого тома и сам всё увидишь.
millkays
22.08.2020 02:01
Из всего посмотрел только 1 сезон аниме, хочу начать читать ранобэ сколько покрывает 1-2 сезонов томы ранобэ?
Ответы: >>45586
ricco88
17.08.2020 18:53
Спасибо!
razgildyai
17.08.2020 09:41
о, только вчера думала: когда же возьметесь за 11 том, и вот он)) спасибо за перевод

Глава 1. Угнетённый белый кролик

Новая угроза: Монстры разбежались по городу.

Город Ривира, оплот в Подземелье, был уничтожен. Причастны ли к этому монстры на поверхности?

Тайные операции Паствы Икелоса: второй проход в Подземелье?

Несколько новостных газет лежали на столе. Гестия и Лили мрачно смотрели на заголовки статей, написанных на Коине.

— Всё стало очень серьёзно…

— Да, слухи собирают по всему городу. Жителей охватывает беспокойство.

Четвёртое утро с происшествия, вовлёкшего в себя Паству Икелоса и Ксеносов, поднявших весь город на уши.

Лили собрала эти газеты по всему городу, каждый из свитков продавался за несколько монет Паствами и независимыми торговцами. В каждом из них можно было найти крупицы информации и слухи о появлении монстров на поверхности.

У Гестии и Лили, знакомых с настоящим положением вещей, даже та информация, которая оказывалась неверной, вызывала опасения.

— Посмотри на эту статью…, — мрачно сказала Гестия, перебрасывая взгляд на небольшую заметку.

Статья была очень маленькой и её определили в угол листа, в заголовке говорилось: «Яростный срыв чемпиона «Битвы» Маленького Новичка: Утраченное доверие, утраченный престиж».

Подобные небольшие статьи были на всех листах. На некоторых даже встречался его рисунок.

Гестия стояла рядом со столом за более низкой Лили, замолчав и сведя брови. В этот момент в гостиную вошли Харухиме и Микото, одетые в униформу горничных.

— Гестия-ками, Лили-сан, мы вернулись.

— Простите, что ушли так надолго. Большинство лавок закрыто.

Они вернулись из похода по магазинам, в бумажных пакетах виднелись овощи и сушёное мясо.

— С возвращением. В городе не поднялась шумиха?

— …Ничего необычного мы не видели. Хотя, если сравнивать с тем, как к нам относились раньше…, — уклончиво начала говорить Харухиме.

Явно обеспокоенная Микото вмешалась, начав говорить прямо:

— Некоторые проявили к нам явную холодность. Как мы и думали, действия Белла-сана отразились и на нас… потому что мы с ним в одной Пастве. Давление в последние несколько дней только нарастает.

Гестия со вздохом посмотрела на Лили:

— У Вельфа всё так же?

Молодой кузнец не показывался после участия в суматохе.

— Нет. Он заперся в мастерской с того самого дня. Он безнадёжен… Но еда, которую Лили оставляет у его дверей, всегда пропадает, так что он поселился там, — проворчала Лили.

Гестия посмотрела в окно на уголок сада за домом, в котором стояла мастерская. В этот момент дверь гостиной распахнулась.

— О… Сударь Белл.

Парень, подошедший к Гестии и остальным, выглядел почти как обычно. Если не считать того, что он был задумчивей обычного.

— …

Он начал говорить что-то Лили, Микото и Харухиме, а потом отвёл взгляд. Слова застряли в его горле, но, повернувшись к Гестии, он смог заставить себя произнести:

— Эм… Всевышняя, разреши мне пойти в город.

Лили и остальные удивились.

— …Что ты собрался делать снаружи? — спросила Гестия.

Как глава Паствы она запретила Беллу покидать дом. Она не приказывала ему оставаться дома, пока уляжется шумиха, открыто, но считала, что ему было бы лучше залечь на дно сразу после участия в инциденте. Для его собственной безопасности. Белл сейчас в очень шатком положении.

— Если хочешь собрать информацию, мы с помощницей справимся лучше. Тебе нет нужды выходить ради этого, правильно?

— Но…

— Тебе снова могут причинить боль.

Белл вздрогнул, возможно вспомнив враждебность и разочарование множества жителей и авантюристов, с которыми он столкнулся, когда шёл по истерзанной битвой Улице Дедала.

Отрывисто вдохнув, он встретился взглядом с Гестией и ответил:

— Сидеть и ничего не делать, ждать, пока идёт время… сейчас страшнее всего.

Он не мог больше оставаться в стороне.

В ответ на мольбу во взгляде Гестия на мгновенье прикрыла глаза. Наконец она кивнула:

— Хорошо. Можешь идти.

— Всевышняя…

— Но только при условии, что я пойду с тобой.

Глаза Белла, на мгновенье ощутившего облегчение, округлились. Так же отреагировали Лили и остальные:

— Всевышняя Гестия, Лили не думает…

— Помощница, оставляю на тебя сбор информации и охрану дома! Сегодня я буду телохранителем Белла!

Гестия подняла большой палец. Лили подпрыгнула от удивления, а потом мрачно пробормотала: «Поверить не могу».

Несмотря на то, что богиня зачастую шутит, в этот раз она явила свою божественную волю.

Сейчас она лучше всех подходит для защиты Белла из-за своей божественной сущности.

— Мы попробуем вернуться к обеду! Вперёд, Белл!

— Но, Боженька…

Гестия подошла к Беллу и уставилась на него снизу вверх. Наконец, поддавшись её взгляду Белл кивнул:

— Хорошо, идём…

Мы вышли, оставив дом позади. Как и было сказано, я пошёл в город с боженькой.

Последние четыре для я сидел под домашним арестом, точнее, так мне кажется. Но благодаря тому, что Лили и остальные узнавали по слухам, я хотя бы представляю, что происходило в городе.

Как только стало известно, что монстры прорвались на поверхность, все восемь городских врат были заперты. Гильдия, в попытке удержать ситуацию под контролем, назначила награду за Ксеносов. Многие авантюристы отправились их искать.

Хотелось бы мне знать, куда делись Виена, Лидо и остальные. Услышав о том, что Ксеносов преследуют, я не мог сидеть сложа руки.

— …

Небо над Орарио было хмурым.

Дождь, ливший с того самого дня, остановился, но небо оставалось пасмурным, будто под стать настроению в городе.

На улицах царило затишье. Возможно, оттого что горожане боятся монстров, те редкие прохожие, которые нам попадались, передвигались перебежками. Маленьких детей, которых я постоянно встречал по пути в Подземелье, нигде не видно. Я точно сейчас в Орарио?

— Смены, которые я работа в киоске хрустящей картошки тоже отменили…, — пробормотала боженька, заметив, как я осматриваю непривычный для меня Орарио.

Мы прошли по Западной Главной Улице, многие лавки на которой были закрыты. Как я и ожидал, люди на главных улицах встречаются чаще, хоть это и работники Гильдии, которые сейчас никуда не ходят без сопровождения авантюристов. Наверное, они патрулируют улицы и активно ищут монстров.

Оживлённость города исчезла, её заменило нервное напряжение.

— …Эй ты!

— Смотрите, вон там!

На нас смотрели очень сурово.

Впрочем, не на нас, а на меня.

— Маленький Новичок… Я слышал ты немало проблем Пастве Локи причинил.

— Наверное это из-за него монстры сбежали.

— В конце концов он оказался типичным авантюристом.

— Эй, хватит, не ставь нас в один ряд с этим сбродом. Мы хотя бы знаем время и место для своей жадности.

До меня доносились грубые перешёптывания.

Я бы услышал их и без улучшенных характеристиками чувств. Обычные горожане, торговцы, такие же как я авантюристы… люди всех мастей бросали на меня ледяные взгляды.

Я осознал, что кровь отлила от моего лица.

Такой приём ожидал бы меня по всему Орарио. Недовольство сыпалось на меня со всех сторон.

— Поговаривают, что он ради денег… Но мне кажется, что он просто монстров защищал.

— Монстрофетишизм, да?

Я услышал худшее оскорбление, которым меня заклеймили, как человека, который защищал омерзительную вуивру. Эти слова поразили меня в самое сердце.

Я знал, что нечто подобное случится. Я должен это принять. И пока я отчаянно пытался держаться, в мою голову закралась ещё одна мысль.

Вся жестокость была направлена на меня и только на меня.

Я слышал, что Паства Икелоса была уничтожена, а её глава, Всевышний Икелос, изгнан из города. Люди оказались заперты в охваченном страхом и волнением в городе, и я стал единственным, на кого они могут излить своё негодование… наверное поэтому я и стал их целью.

Враг всех людей.

От этой мысли кончики пальцев замёрзли, я ощутил всю реальность своего положения. Пока я отчаянно пытался выровнять дыхание, боженька обернулась.

— Если есть что сказать, говорите в лицо!

Она тыкала пальцем в окружающих людей.

И они, и я, застыли от удивления, когда увидели от неё подобную реакцию.

— Белл повёл себя так безрассудно из-за моего долга. Можете считать, что это всё из-за его непостижимой любви ко мне! Если хотите скинуть на кого-то вину, про меня не забывайте!!!

Произнося речь перед удивлёнными слушателями, боженька выделила слово долг. И, что странно, слово любовь тоже…

Люди начали перешёптываться, когда увидели, как боженька сложила руки на своей огромной груди с явным довольством.

— Лоли-богиня…

— Ага, она!

— Выходит, она правда должна двести миллионов валис…

— Вот какое бедствие на нас обрушилось!

— Проклятье лоли-богини…

— Раз она в таких долгах, должно быть её последователи тоже…

Боженька гневно вскинула руки.

— Рты закройте! Хватит нести чушь! — завопила она.

Я собирался броситься и защитить боженьку, но вдруг осознал. Та злоба, которая была на меня направлена, растворилась в атмосфере недоумения.

Мне придётся отойти в сторону и позволить боженьке меня защищать. Мне придётся позволить ей врать.

Только сейчас я понял, что она имела в виду под словом телохранитель. Встав между мной и людьми, она не позволяла смертным открыто меня обвинять. И, чтобы защитить меня, своего последователя, она стала целью враждебности людей.

Я обхватил голову руками.

— Всевышняя, мне так жаль… из-за меня…

Я хотел было сказать: «ты попала в неприятности», но она оборвала меня до того, как я это произнёс.

Она повернулась ко мне и даже посмеялась.

— Белл, возьмёмся за руки.

Она схватила меня за руку.

А потом потащила меня дальше, и мы снова пошли по улице.

— Эм, Б-боженька…

— Я знаю, что с моей стороны это глупо, но я немного рада. В последнее время за тобой совсем не нужно было присматривать. Видишь ли, мою репутацию ты всё время только улучшал.

Её дразнящий тон был подобен лёгкому похлопыванию по плечу.

Она сжала мою руку. Обычно я бы ощутил смущение, но сейчас… я почувствовал себя просто жалким. Я такой бесхребетный, раз полагаюсь на защиту своей богини и принёс ей столько неприятностей.

Впрочем, если не считать моего мнения о себе, я был рад.

Наверное, не стоит позволять ей меня баловать… но, вопреки всем своим намерениям, я сжал её руку в ответ. Легонько.

Люди бросали на нас осуждающие взгляды, но мне они казались уже не такими холодными, как раньше.

— …Боженька, мы можем сюда зайти?

— Конечно, но зачем?

Спросив разрешения, я остановился у одного из зданий. Даже для Западной Главной улицы каменное помещение таверны «Щедрая Хозяйка», казалось необычайно большим.

— Ты часто сюда заглядываешь, да? А я впервые захожу сама, — сказала боженька.

— Правда? Ты ни разу здесь не была?

Несмотря на то, что происходит в городе «Щедрая Хозяйка» открыта. Мы подошли ко входу, и, наверное, заметив движение снаружи, из него вышла одна из официанток.

— Лю…

— …

На меня смотрела прекрасная молодая эльфийка.

Она спасла меня во время миссии на восемнадцатом этаже, и я пришёл, чтобы сказать ей за это спасибо. Но оказавшись с ней лицом к лицу я обнаружил, что не могу выдавить из себя ни слова.

Страх меня парализовал… что, если она считает так же, как остальные жители города?

— Господин Кранелл, я не собираюсь относиться к вам с презрением только потому, что в городе ходят слухи.

— !

— Я верю лишь в то, что видела собственными глазами, — сказала она, слегка улыбнувшись, будто пытаясь снять с меня напряжение.

Поддержка честной и надёжной эльфийки действительно меня взбодрила и заставила напряжение отступить. У меня даже уголки глаз намокли.

Лю слегка поклонилась боженьке:

— Всевышняя Гестия, рада снова вас приветствовать.

Боженька радостно помахала рукой в ответ:

— Эльфиечка!

Я вытер глаза.

— Эм, Лю… спасибо, что спасла меня на восемнадцатом этаже, — сказал я.

— Не стоит благодарности.

Я, наконец, выпалил:

— Эм, а ты в порядке? Я слышал, что отправленная на восемнадцатый этаж группа понесла ужасные потери.

Лили рассказала мне, что ударная группа Паствы Ганеша оказалась на волоске. Я беспокоился о Лю, сражавшейся против Ксеносов.

— Как видите я в порядке. Тело до сих пор восстанавливается. И ещё…

Она на мгновенье замолчала.

— Мы столкнулись с монстром.

Она прищурила небесно-голубые глаза, будто вспоминая о чём-то жутком.

— То создание… чёрный минотавр, он разбил нас и Паству Ганеша под чистую.

У меня перехватило дыхание.

Чёрный минотавр… Неужели тот самый Ксенос, о котором говорил Лидо на нашей встрече в одном из Убежищ? Я с ним не встречался…

Боженька, слушавшая наш разговор, напряглась, будто что-то вспомнив. Кажется, Лили или Микото что-то упоминали.

Очень сильный Ксенос, который создал немало проблем Пастве Локи, он тоже был среди разумных монстров.

— Я слышала, что такой же чёрный минотавр появился и на поверхности… как и вы. Если ваша группа была на восемнадцатом этаже, как вы возникли посреди Улицы Дедала?.. Мне столько хочется от вас узнать.

— …

— Но сейчас не время, не так ли? Спрошу в нашу следующую встречу.

Должно быть Лю многое хочет знать о моём опыте встреч с вооружёнными монстрами, но, заметив бледность на моём лице и приняв во внимание обстоятельства, она решила ни о чём меня не спрашивать. Я хотел узнать у неё о Сфере Кносса, но пока хочу избежать этого разговора.

— Кстати, а где Силь?.. — вместо этого спросил я.

— Силь взяла выходной. Она сказала, что у неё дела.

— Ой, понятно.

Я посмотрел за спину Лю, в таверну. Силь не было видно, но я слышал, как официантки-кошкодевушки, Аня и Хлоя снова и снова с нескрываемым любопытством спрашивали меня об одном и том же:

— Пмяренёк, расскмяжи нам что случилось!

— Слухи этмя прмявда?

Руноа, девушка-работница, пыталась их удержать:

— Делами своими займитесь, кошкодуры.

Заметив не прекращающиеся взгляды в мою сторону, я отошёл. Поднимать шумиху в таверне не хочется.

— …Что же, Лю, мы лучше пойдём. Большое спасибо, — сказал я.

Когда мы собрались уходить, Лю отозвала меня:

— Господин Кранелл, будьте сильным. Я не до конца понимаю ваших действий… но, если они стали результатом принятого вами решения, вам нельзя отступать.

Удивившись, я повернулся.

Лю посвятила себя правосудию, в которое верила ещё будучи частью Паствы Астреи, и служила ему так рьяно, что её занесли в чёрный список Гильдии. Возможно поэтому она мне сопереживает.

Наши взгляды встретились, я поклонился. Мы с боженькой отошли от таверны.

Мы продолжили идти по улице, и боженька у меня спросила:

— …Что дальше, Белл? Куда-нибудь хочешь пойти?

По правде говоря, такого места не было. Я понятия не имею, где Виена и остальные, и даже не знаю где о них узнать.

Обычно, когда я в растерянности, я бы пошёл в Гильдию, но сейчас…

Лицо стоявшей в слезах Эйны всплыло в моей памяти.

Я тебе не верю!.. И никогда… тебе не поверю!..

С того дня я её не видел. Мне слишком стыдно.

Я всё ещё не в силах набраться храбрости, чтобы с ней встретиться, поэтому решил, что не могу идти в Пантеон. Тяжёлые мысли заставляли меня опустить голову, но я поднял взгляд.

— Боженька… разреши мне пойти на Улицу Дедала…

Удивление появилось на её лице. Она несколько секунд смотрела на меня, но потом кивнула.

По пути с Западной Главной Улицы на Восточную Главную Улицу мы пересекли Центральный Парк, окружённый авантюристами. Если точнее, окружён был Вавил.

Члены Паствы Ганеша и других Паств, присоединившихся к силам Гильдии, должны были охранять великую дыру ведущую в Подземелье от монстров. Даже Лидо и его группа вряд ли смогли бы прорваться с такой тщательной охраной. А если бы у них и получилось, Ксеносы бы понесли потери.

Вдобавок к авантюристам множество богов прогуливалось по улицам неподалёку. Кто-то из них был окружён последователями, кто-то нет. В отличие от обычных городских жителей, они втайне наслаждались переполохом и пребывали в волнении явно не в том смысле этого слова, к которому мы привыкли. Завидев меня, они смеялись и явно пытались обострить ситуацию, однако, благодаря приглушённым угрозам Гестии, удалось обойтись без серьёзных последствий.

Наконец, мы оказались на Улице Дедала.

— Здесь тоже так много авантюристов…

Мы с боженькой вошли через тот же вход, что и раньше на Монстроманию. Теперь, когда мы вошли, я увидел, что в хаотичном районе очень много авантюристов. Зверолюди с ножнами, в которых покоится по два меча, эльфы с луками и стрелами, дварфы с двуручными молотами на плечах, экипировка, подходящая для Подземелья, смотрелась посреди жилого района очень странно. Казалось, что они готовы к появлению монстров в любой момент. Некоторые из авантюристов останавливали горожан и пытались их расспросить:

— Ловушки были подготовлены?

— Вы как-то связаны с Ксеносами?

Будто отвечая на мой незаданный вопрос, боженька повернулась ко мне с беспокойством во взгляде.

— Хоть они и не понимают, что именно происходит, они понимают, что ситуация в Орарио сомнительная…

Может они заметили какую-то связь между Подземельем и Улицей Дедала?

Это разумно, но вместе с тем заставило меня волноваться. Единственной надеждой оказавшихся на поверхности Ксеносов остаётся возвращение в Подземелье. Но Вавил и Дедалова Улица, где находятся входы в Подземелье и Кносс слишком тщательно охраняются, потому положение Виены и остальных кажется практически безнадёжным.

Наверняка огромные награды привлекли большую часть авантюристов… Когда они проходят мимо меня становится трудно дышать. Я поднёс руки ко рту.

— Эм, боженька, что ты думаешь насчёт наград? Тех, которые назначил Всевышний Уран?..

— Уран должен действовать согласно своему положению. Если бы он не предпринял ничего, чтобы взять ситуацию под контроль, он лишился бы авторитета.

Я беспокоился, что Уран, считающийся богом Гильдии, бросил Виену и остальных. Но моя всевышняя, скрестив руки попыталась убедить меня в обратном:

— К тому же, назначении наград скорее разделило авантюристов, чем объединило их, тебе не кажется?

Отправив авантюристов в погоню за личными наградами, Уран помешал объединению Паств, и теперь они даже информацией друг с другом не делятся. Должен согласиться, что Ксеносы были бы в куда большей опасности, если бы авантюристы забыли о своей принадлежности и охотились на них сообща.

С другой стороны, назначение огромных наград показывает, что Гильдия пытается справиться со сложившейся ситуацией. Даже персоналу Гильдии трудно усомниться в намерениях Урана.

Всё сложилось для меня в единую картину, когда я услышал объяснение боженьки.

— …

Мы продолжили вслепую искать зацепки, бродя по Улице Дедала, то поднимаясь, то спускаясь по лестницам, петляя по запутанным улочкам похожего на этаж Подземелья района.

Из теней улиц и окон зданий в меня впивалось бесчисленное множество мрачных взглядов. На меня пялились и до того, как мы сюда пришли… но сейчас взгляды ощущались физически. Враждебность. Злоба.

Казалось, что жители Улицы Дедала, Запутанного Района, меня ненавидят. Они пострадали от нападения монстров напрямую, а я тот самый авантюрист, который намеренно превратил сражение в хаотичное побоище. Разумеется, камни в меня кидать они не смели…

— Если подумать, однажды он убил монстра, который бесновался по соседству.

— Маленький Новичок оказался самым обычным авантюристом, разве нет?

Я слышал наполненные отвращением голоса. Их злоба будто усиливалась с каждой секундой. Я сложил руки на груди. Беспокоясь обо мне, боженька потянулась и схватила меня за руку.

В этот момент случилось то, чего я хотел меньше всего. Я столкнулся с человеком, которого не хотел встречать.

— Мисс… Айз…

Принцесса Меча с золотыми глазами и золотыми волосами вышла из-за угла в сопровождении членов её Паствы низкого ранга.

Мы практически столкнулись, Айз, которую я уважаю посмотрела на меня с удивлением. А потом уставилась прямо на моё лицо.

Паства Локи тоже патрулирует Дедалову Улицу? Нет, они же…

События того дня всплыли в моей памяти.

Золотые глаза, смотревшие на меня, когда я защищал Виену. Мой нож, направленный против её меча.

Как она теперь ко мне отнесётся? Что скажет?

Я стоял рядом с удивлённой богиней, а взгляд Айз будто пронзал меня насквозь.

— …Мелкая Валлен-что-то-другое! Мы с Беллом сейчас на свидании. Ты же дашь нам пройти, так ведь?

Боженька встала передо мной, чтобы защитить меня от враждебности спутников и спутниц Айз.

Айз мельком взглянула на боженьку, а потом снова перевела на меня взгляд.

— …

Вопреки моей собственной нервозности, ни её взгляд, ни выражение лица не изменились. Для меня будто вечность прошла в молчании и, наконец, её губы двинулись.

— Э-э-эй, Айзуууу! Вы чего встали, как вкопанные? — неожиданно спросил бодрый голос.

Этот голос принадлежал Локи, главе Паствы Айз. Её голова появилась из-за угла здания, она обнаружила Айз, стоящей прямо передо мной и Гестией. Её глаза округлились:

— …Ага, это всё Малявка!

Уголки её губ приподнялись, будто у ребёнка, нашедшего новую игрушку.

— У вас какие-то там дела с Финном разве нет? Идите быстрее! — сказала Локи Айз и её спутникам.

В это же мгновение Айз стала какой-то нерешительной, а потом ответила Локи послушным «Да». И, прежде чем скрыться из вида вместе с остальными членами группы, снова бросила взгляд в мою сторону.

— …Чего тебе надо, Локи?

Боженька стояла в уголке, наблюдая как Локи пшикает и машет руками на своих приспешников, расчищая от них улицу. Локи её проигнорировала, глядя на меня и улыбаясь.

— Молодой человек. В этот раз вы отметились чем-то забавным, не правда ли? — сказала она.

Не обращая внимания на крики Гестии, она едва не врезалась своим лицом в мой нос, я стоял в оцепенении.

— Сдаётся мне, теперь ты знаешь, что случается с людьми, которые прикрывают монстров, да?

— !

— Все те ребята, которые тебя поддерживали, теперь смотрят на тебя как на пустое место… Как тебе?

Её тонкие руки, будто змеи, заскользили по моим сведённым от нервов плечам. Она рассматривала моё лицо.

Впрочем, в её действиях не было какой-то враждебности. В них ощущалось любопытство. Не больше и не меньше.

Я мог только смотреть в землю, пока она, ухмыляясь нашёптывала слова мне на ухо.

— Локи, убери от него свои руки! Что тебе от него надо?!

— Хах! Перекидываюсь с ним парой слов, очевидно!

Разъярённая Гестия попыталась оттолкнуть от меня Всевышнюю Локи, но та увернулась, отступив на пару шагов.

Локи прищёлкнула языком, будто впавшая в ярость боженька её совершенно не заботит.

— Кстати, не все боги смотрят на тебя так, как смертные, — сказала мне она. — «Смотрите, Белый Кролик снова что-то провернул!», вот что они говорят. Когда дело касается тебя, их болтовню не унять, молодой человек. Впрочем, моя Айзочка всё равно тебя сделает!

— …

— Но, знаешь, если подумать, ты и мне стал интересен. Для одного из деток Малявки слишком уж ты дерзкий.

Локи не сводила с меня взгляда своих алых глаз. Она видела во мне лишь забавное дитя. Уверен, последняя фраза выразила всё её мнение обо мне.

Я был сбит с толку. Я снова ощутил огромную разницу между непостижимыми созданиями небес и жителями смертного мира.

— Если попытаешься его украсть, конец тебе! Ты и без того другим богам немало проблем принесла, держи свои руки от Белла подальше! — крикнула боженька.

— А ты смелая, раз мне такое говоришь! Впрочем, для настоящей богини ты мелковата.

Я слышал тяжёлое дыхание боженьки рядом с собой.

— Всевышняя, ты в порядке? — спросил я, пытаясь её успокоить. Повернувшись к ней, я заметил нечто краем глаза.

Что это?

Несколько силуэтов показались в конце улицы. Я помню эти силуэты.

Я никак не мог сосредоточиться, бросая взгляды то на богинь, то на конец улицы, в котором эти силуэты пропали.

Боженька заметила, что что-то приковало моё внимание:

— Белл, если что-то заметил, можешь пойти и проверить. Я тебя подожду.

— Н-но…

— Не волнуйся, мы не будем ссориться… И я всё равно хотела переговорить с Локи.

Боженька посмотрела на Локи, выражение лица которой радикально изменилось. Услышав о разговоре, Локи вопросительно наклонила голову. Я несколько секунд помешкал, но потом доверился признанию боженьки.

— Простите. Я скоро вернусь.

Я кивнул богиням и бросился по улице, пытаясь не терять след.

Раньше я уже здесь бывал. Бросившись в погоню за силуэтами, я наконец рассмотрел, что это маленькие дети и вспомнил все события, случившиеся со мной на Улице Дедала.

Наконец я оказался на небольшой площади, на которой стояла церковь.

— Эм… братец…

Фонтан был сломан и высох, несколько из церковных окон были выбиты.

Перед пустынным приютом в глубинах Улицы Дедала я снова встретил детей, с которыми знаком.

— Лай, Фина, Рюю…

Пробормотал я имена детей, заметивших, что я их преследую.

— Братец…

Лицо темноволосого мальчика-человека покрывали царапины и ссадины.

Девочка-чинтроп с длинными и прямыми волосами кремового цвета.

И самый маленький из них ребёнок-полуэльф.

— Б-братец…, — сказала Фина, чинтроп.

— …

Она зажала хвост между ног и отступила на шаг.

Обычно рассеянный полуэльф Рюю нервно скользил взглядом из стороны в сторону.

Они меня боятся… Неужели всё настолько ужасно?

Я не мог сказать ни слова. Лай, мальчик-человек выступил вперёд, будто пытаясь защитить этих двоих от меня.

— …Зачем ты пришёл? — спросил он.

Его пылкий взгляд и слова указывали на враждебный настрой.

У меня перехватило дыхание, я не мог и пальцем пошевелить.

Эти дети живут тут, на Дедаловой Улице. Возможно, они знают, что я сделал. Возможно, они даже собственными глазами видели, как я защищал монстра, нападая на других авантюристов.

— Зачем ты это сделал? — спросил Лай, голосом, наполненным осуждением, злостью и разочарованием.

— Район неподалёку отсюда разнесло и… я думал авантюристы должны убивать монстров! — выпалил он. — Предатель!

Я буквально слышал, как разрывается моё сердце. Слова Лая ударили меня сильнее, чем всё, что я услышал сегодня. Они и грусть на смотрящих в землю лицах Фины и Рюю.

Я вспомнил, как они смотрели на меня раньше, и понял, что предал их представление об авантюристах. Ком в горле и боль в сердце были слишком сильными, чтобы я мог их вынести.

Меня охватила такая растерянность, что я не мог пошевелиться.

— Я ухожу, — сказал Лай. Он повернулся и вошёл в приют.

Фина и Рюю скользнули по мне взглядом. Они, не произнеся ни слова, последовали за Лаем.

Дверь в церковь с грохотом открылась, а я стоял, повернув голову в их сторону. Дверь захлопнулась с таким же грохотом, будто указав мне никогда сюда не возвращаться.

Я погрузился в непередаваемую горечь и мучения. Отчаянье, которое я ощутил, будто вывело меня из оцепенения, и мои колени подкосились. Я рухнул на землю будто марионетка, которой перерезали ниточки.

Угнетения сильнее я ещё никогда не испытывал.

Небо было покрыто облаками, смотря на жалкого меня свысока.

— …Белл?

Ход моих мыслей прервало обращение ко мне.

Дверь, которая, как мне казалось, уже никогда не откроется, распахнулась снова, и кто-то вышел ко мне.

Я медленно повернул голову и увидел Силь.

— Я говорила с Марией и другими о том, что им стоит эвакуироваться с Улицы Дедала.

Я сидел с Силь на каменной скамье в небольшом садике рядом с приютом, в котором было посажено несколько кустов и цветов.

— Из-за того, что произошло в Районе-Лабиринте… То есть, из-за опасности того, что монстры появятся снова.

Лю сказал, что Силь взяла выходной, и оказалось, что она использует его, чтобы обсудить с Матушкой Марией возможность переезда. Она сказала, что это не единственный приют, которому она предлагает покинуть Улицу Дедала.

Несколько последних дней на Улице Дедала стало очень много авантюристов, и атмосфера сгущается. Её волнение о том, что это место снова может превратиться в поле боя, понятно.

Какими бы ни были мои причины, факт того, что всё это последствия моих действий, тяжело лежал на сердце.

— Думаю, будет грубо… спрашивать, что случилось, — сказала Силь.

— …

— Лай и остальные едва держатся. Иногда они тихие, иногда пытаются храбриться… мне кажется, они растеряны и не знают, что им делать.

Я даже не пытался заговорить, поэтому Силь говорила не умолкая. Она была одета в белое платье, которое я на ней уже видел.

Она смотрела перед собой, на её лице была улыбка, и она даже не пыталась меня расспросить. И это несмотря на то, что она наверняка знает, что я делал…

Возможно, именно из-за того, что она делала вид, будто всё осталось так же, как было раньше, я не мог не задать ей вопрос:

— Ты правда не собираешься ни о чём меня спрашивать?..

— Хочу, если ты хочешь, чтобы я спросила, — сказала она с любезной улыбкой.

— Нет, нет…, — неуверенно возразил я.

— Ты ведь, пытаешься что-то для себя решить?

А пытаюсь ли?

Нет… Мне ясно, что я должен сделать. Я уже всё решил. Я спасу Виену и остальных Ксеносов.

Это решено. Я доверю свою силу Лидо и остальным Ксеносам, оказавшимся в подобном положении, даже если тем самым наживу себе больше врагов.

Даже если люди, которых я знаю, вроде Лая, меня за это возненавидят.

Дело не в том, что я не могу решиться… я в ужасе от того, что могу остаться совершенно один.

— Что-то очень сильно тебя беспокоит… Знаешь, лучше не держать всё в себе! — сказала Силь.

— …

— У тебя ведь есть семья, так, Белл?

От её слов меня кинуло в дрожь. Меня не беспокоит, что станет со мной. Я напуган, и наверняка буду дрожать, когда придёт время, но для себя я всё решил. Не важно, если люди будут бросать в меня камни. Я это приму.

Но члены моей семьи… совершенно другое дело.

Прежде чем боженька и я вышли из дома, я стоял у двери, и слушал её разговор с Микото и остальными. Из-за меня люди разочаровались и в них.

Казалось, сердце сейчас разорвётся.

Я не жалею о своём решении. И не должен. Я это понимаю, но всё равно сам себя осуждаю.

Я ощущал это, когда встретился с Айз и когда увидел Лю. Я…

— …Я боюсь спрашивать, — выпалил я, не в силах удержать в себе свои мысли. — Я поступил так, как мне хотелось, и это принесло всем очень много проблем… Я боюсь узнать, что Вельф и остальные обо мне думают…

Когда я выпалил это жалкое признание, во мне появилось желание просто исчезнуть.

Я будто с головой погрузился в отвращение к себе. Силь потянулась, и взяла мою голову ладонями с двух сторон.

— А?

— Прошу прощения.

Я погрузился в такое безразличие, что позволил ей делать то, что она собралась делать, не сопротивляясь.

Она опустила мою голову на свои колени.

— Эм… чего?..

— Это за то, что ты позволил мне устроиться у тебя на коленях в прошлый раз.

Забыв обо всех своих тяжёлых мыслях, я запаниковал и попытался вскочить. Рука на моём лбу удержала меня на месте.

От ощущения её мягких ног мои щёки тут же покраснели.

— Позволил?! В тот раз ты меня заставила!.. — сказал я.

— Хе-хе… Так дело было? Ну, тогда заставляю тебя и сейчас, — тихонько сказала она игривым тоном.

Её пальцы начали пробегать по моим волосам.

— Не бойся. Не теряй своего пути. Может на нём ты что-то потеряешь, но что-то и приобретёшь.

Её тон был нежен, но твёрд, поэтому я перестал брыкаться.

Я повернул голову и увидел, что Силь улыбается, глядя на меня. В её глазах было такое же умиление, как когда он смотрела на спящих детей из приюта.

Перевернувшись на спину и подняв колено я посмотрел ей в глаза. Спустя какое-то время она опустила на мои глаза руку.

— Мне… мне нравится, что ты всегда продолжаешь бежать, — сказала она со вздохом. Её голос превратился в едва различимый шёпот.

— Что?

Когда я сдвинул её руку со своих глаз, я увидел, что она улыбается, а её щёки слегка покраснели.

— …Я имела в виду, что ты нравишься мне таким, какой ты обычно!

Её улыбка меня взбодрила, она будто говорила мне не беспокоиться.

Я поднялся с коленей Силь и огляделся. К своему удивлению я осознал, что её улыбка, такая же, как и всегда, принесла мне облегчение.

— …В последнее время ты очень меня поддерживаешь.

Она хихикнула.

— Может в следующий раз мне взять тебя на ручки?

— Нет, спасибо!

Я покраснел и слабо улыбнулся в ответ на её дразнящий тон.

Небо было покрыто тёмными облаками, но на моём сердце стало чуть светлее.

— Вот поэтому я и пытаюсь вам сказать, что вы должны убраться с Дедаловой Улицы и поскорее! Сколько мне ещё повторять? Почему я должен был приходить сюда лично?!

В отличии от кричащего, брызжущего слюной и потного главы Гильдии Роймана Мардила, Финн Деймне, капитан Паствы Локи, остался непоколебимо спокоен:

— Если мы уйдём, какую Паству вы назначите на защиту?

Паству Ганеши, очевидно! Такова божественная воля Всевышнего Урана!

— Я слышал, из-за полученных во время миссии травм Паства Ганеша не может работать в полную силу.

— И всё равно они лучше, чем вы, плуты, на которых даже положиться нельзя! Нарушаете установленный порядок и делаете, что вам вздумается… Неслыханно!

Ройман и Финн разговаривали поодаль от Дедаловой Улицы. Они стояли на одном из участков Главной Улицы, которая была разрушена битвой с монстрами, прошедшей четыре дня назад. Их окружали работники Гильдии, которые работали над восстановлением, а члены Паствы Локи патрулировали район.

Стоя рядом с обломками разрушенной вуиврой стены, пухлый гильдийский эльф накинулся на главу-полурослика.

— Давайте закончим препираться, ладно? — сказал Финн, направив взгляд синих глаз на Роймана. — Вы в Гильдии так сильно беспокоитесь о входе в Подземелье находящемся неподалёку, не так ли? — продолжил он.

— !..

— Мы узнали кое-что из верещаний бога Икелоса, когда сопровождали его в Гильдию. Помимо прочего он обмолвился о Кноссе, — Финн заметно сбавил голос, произнося слово «Кносс».

Именно Паства Локи поймала божество Паствы Икелоса, ныне изгнанного из города. Божество отвечало на их вопросы с ехидной ухмылкой.

— Я могу понять, почему вам хочется монополизировать знания о Кноссе и пресечь утечки, но мне кажется вы должны понять. Другие Паствы уже заподозрили о его существовании. Они предполагают, что Дедалова Улица как-то связана с Подземельем.

Финн продолжил говорить, у Роймана будто пересохло в горле.

— Ройман, прошу вас отложить собственные интересы на второй план. Эти монстры победили Паству Ганеша. Кто сможет удержать их здесь, если они начнут прорываться в город?

— …Вы сами их упустили, если я не ошибаюсь. Если бы этого не случилось, сейчас всё было бы по-другому!..

— Нам нет оправданий, но в следующий раз мы их уничтожим. Сейчас мы знаем о силе врага.

Финн пожал плечами, а потом, будто желая сменить тему, заговорил о другом:

— Ключ к Кноссу о котором говорил Икелос… Если мы его найдём, то передадим вам.

— !

— Но взамен я хочу разрешение на продолжение работы. Мы тоже хотим разобраться с монстрами как можно быстрее, чтобы горожане перестали жить в страхе.

Ройман смотрел на Финна, будто взвешивая «за» и «против», спустя несколько секунд он, наконец, произнёс:

— Вы продвинулись в исследовании того подземелья, о котором мы говорим?

— Да. Гарет и Тиона нашли способ прорыть адамантитовые стены и попасть внутрь, но орихалковые двери блокируют дальнюю сторону зала, который они нашли, и через дверь они пробиться не смогли. Уничтожение сделанных из адамантита вещей занимает время… и мы решили, что не стоит уничтожать что-то, пока мы не знаем, что скрыто в Кноссе. В конце концов, это может привести к проблемам на поверхности.

— …Нам нужна вся информация о Кноссе. Коридоры, которые вы нашли, расположение орихалковых дверей… вы можете обещать, что доложите обо всём, что узнаете?

— Могу, — ответил Финн.

Ройман, вступивший в переговоры, после слов Финна подождал несколько секунд и кивнул.

— Хорошо, я принимаю ваши условия. Я доложу Урану… Но! Даже не думайте меня обмануть! Я вас, проходимцев, в считанные секунды лишу всех привилегий, если узнаю, что вы вздумаете что-нибудь выкинуть!!!

— Я это понимаю, — ответил Финн, едва сдерживая улыбку.

Глава Гильдии фыркнул и вернулся к своим телохранителям.

Мгновение спустя Риверия оказалась рядом с Финном. Высшая эльфийка и его заместитель пришла, чтобы уточнить приказы членам Паствы.

— Фух… судя по всему, он нисколько не изменился.

— Ха! Пусть я и не доверяю Ройману, отдаю ему должное. Договариваться он умеет, это понять не трудно.

Риверия вздохнула, смотря в спину неприятному представителю своего вида. Выслушав мнение Финна, она ответила ему вопросом:

— Ты уверен? Одно дело передать знания о Кноссе, но ты обещал также отдать ему ключ.

— Бог Икелос говорил, что их несколько. Если оставим один у себя, всё будет нормально, — сказал Финн, будто предвидев такой поворот переговоров.

— Ты говорил, что Гильдия преследует свои цели, но полагаться на их содействие мы хотя бы можем?

— Как мне кажется, мы можем положиться на Роймана. Но, как и со всеми назначенными миссиями, у меня предчувствие, что всё это как-то сомнительно. Мне не кажется, что у нас достаточно причин, чтобы целиком и полностью доверять Гильдии. Гильдия не единственная организация, — добавил он, лизнув большой палец правой руки. — Кстати, Риверия, что делает Паства Фреи?

— Похоже они взяли на себя обязанность городских охранников. Они объясняют это отчаянным положением в городе, что вполне логично… Но мне, кажется, что они просто наблюдают и ждут, а это совсем на них не похоже. Они говорят, что вмешиваться сейчас не собираются.

Пока Финн и Риверия обсуждали Паству Фреи, другую крупнейшую Паству Орарио, к ним подошла девушка с золотыми волосами и глазами.

— Отлично справилась с патрулированием, Айз.

— Спасибо…

— Заметила что-нибудь необычное?

— …Он, Белл, пришёл на Улицу Дедала.

Услышав об этом, Финн прищурил синие глаза.

— Показался, значит?

Риверия, смотревшая на Айз краем глаза задала вопрос, который был у той на уме:

— Финн… Ты подозреваешь Белла Кранелла?

— Уверен в этом инциденте он ключевая фигура. Авантюрист, который нам противостоял не был Беллом Кранеллом, которого я знаю, — ответил Финн смотря в направлении улицы, на которой он и Белл Кранелл оказались лицом к лицу. — Всевышний Икелос сказал, что они отлавливают монстров и переправляют их «любителям монстров», но так ли это на самом деле? Вооружённые монстры, не обделённые интеллектом, все они принадлежат к особым подрасам, как тот чёрный минотавр… Разве не заметно, что что-то в них необычно?

Финн помнил, как улыбался Икелос, прежде чем его передали Гильдии. Он не врал, но и мог не сказать всей правды.

Стоящая за спиной Финна Айз что-то тоже вспомнила. Дрожь пробежала по её плечу.

— Вооружённые монстры чем-то необычны… и, если Белл Кранелл вёл себя так, потому что что-то знал, события того дня обретают смысл. К тому же, это означает, что у него не было другого выбора, кроме как бросить нам вызов, — сказал Финн.

Он заметил, что Айз притихла и сухо усмехнулся:

— Айз, я не стал бы называть Белла Кранелла врагом, не выслушав историю, какой знает её он. Так я говорю, что я в него верю. Как в человека и как в авантюриста.

— …

— Но положение сейчас не из лучших. Мне нужно знать наверняка… друг он нам, или может стать врагом.

Произнеся слова, подобающие командиру Паствы, Финн бросил взгляд на Улицу Дедала.

— Риверия, оставляю командование в твоих руках. Я должен кое-что сделать лично.

— Почему лично?

— Потому что не хочу поднимать лишней шумихи. Айз, Белл Кранелл пришёл на Дедалову Улицу один?

— …Нет, со своей богиней.

— Понятно. Не могла бы ты сказать, где его видела? Я собираюсь встретиться с Беллом Кранеллом.

Айз и Риверия бросили на него удивлённые взгляды.