Том 11    
Глава 2. Расходящиеся нити, содержательные планы


Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
lastic
30.08.2020 23:42
Хооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооо
millkays
22.08.2020 12:48
@Kristonel, я в любом случае начал бы с первого тома. Просто интересовался что покрыло аниме и на сколько. Но спасибо
kristonel
22.08.2020 02:39
>>45585
1 сезон покрывает тома с 1-5 (насколько я помню). Второй с 6-9. Второй сезон аниме лучше не смотреть, испортишь то хорошее впечатление, которое сложилось после первого сезона. История стоящая, а аниме никуда не годиться. Личное мнение.
Насчёт вопроса, из-за того что первый сезон аниме покрывает пять томов, очень многое упущено. Если думаешь, не начать ли читать книгу, начини с первого тома и сам всё увидишь.
millkays
22.08.2020 02:01
Из всего посмотрел только 1 сезон аниме, хочу начать читать ранобэ сколько покрывает 1-2 сезонов томы ранобэ?
Ответы: >>45586
ricco88
17.08.2020 18:53
Спасибо!
razgildyai
17.08.2020 09:41
о, только вчера думала: когда же возьметесь за 11 том, и вот он)) спасибо за перевод

Глава 2. Расходящиеся нити, содержательные планы

(примечание переводчика, Виена теперь не «воивр», а «вуивра», поток сознания на тему "зачем" и "почему" отпишу в послесловии и не забывайте про информацию о новых главах по #Кристычнапереводе)

Попрощавшись с Силь, я отправился к тому месту, в котором расстался с боженькой.

И снова, проходя по улицам, я ощущал со всех сторон враждебность. Силь меня подбодрила, но к подобному отношению я вряд ли привыкну.

Я шёл вперёд, уткнувшись глазами в землю.

— Белл Кранелл.

Кто-то позвал меня по имени. Меня постоянно кто-то поносил, но в этот раз голос попытался меня остановить. Я повернулся и с удивлением увидел…

— !!! Финн?..

…полурослика с золотыми волосами.

На меня смотрел вооружённый длинным копьём и одетый в броню командир Паствы Локи.

— Только кинжал для самозащиты, да?.. Ты довольно легко вооружён, для опасной Улицы Дедала.

Моё сердце замерло от такого комментария, он улыбнулся, прищурив синие глаза.

На мне совсем не было брони, потому что знал, что Ксеносы опасности не представляют. Но другие авантюристы этого не понимают. Наверняка я показался Финну очень беспечным, хотелось бы мне знать, что он обо мне подумал.

Дело было не в том, что у меня не было времени на подготовку, я просто сглупил. Я проклял свою глупость, но Финн продолжил говорить будто ни в чём не бывало:

— Я смотрю, ты один. Я этому рад, потому что хотел пообщаться наедине.

Я, вместе с полулюдьми, которым удалось застать нашу встречу, удивлённо уставились на Финна.

А в следующее мгновенье полулюди одарили меня странными взглядами. Кое-кто даже бросил неодобрительный взгляд на Финна, но полурослик мне улыбался.

Разве… разве не странно, что мне так не по себе от неожиданно дружелюбной улыбки?

— Что скажешь?

— …Ну, эм, ладно, — ответил я голосом, прозвучавшим гораздо выше, чем мне бы хотелось.

При взгляде в его синие глаза я ощутил, что ответ «нет» попросту невозможен.

Я последовал за полуросликом, он искал место, в котором прохожие нас не побеспокоят. Наконец мы оказались в глухом переулке, который использовался в качестве хранилища для деревянных ящиков и бочек.

— …

Мы уже разговаривали наедине. Но в тот раз полурослик-генерал просил меня передать предложение брака, сейчас всё совсем по-другому.

С чего бы ему говорить с человеком, который отнёсся к нему, как к врагу?

Будто прочитав мои мысли, Финн повернулся ко мне лицом.

— Я собираюсь закрыть глаза на то, что ты сделал. Самое важное сейчас это разрешить сложившуюся ситуацию. Я надеюсь на плодотворную беседу, — сказал он, посмотрев мне в глаза.

— Плодотворную?..

— Да. Ты знаешь что-то о тех вооружённых монстрах, чего не знаем мы, не так ли? Я даже предполагаю, что тебе известно всё о случившемся несколько дней назад инциденте.

Только что, будто бы кончик его копья пронзил моё сердце.

Финн Деймне, Храбрец. Помимо выдающихся боевых способностей он известен своими лидерскими качествами, которые позволяют ему справляться с самыми неожиданными ситуациями в глубинах Подземелья, то есть — у него острый ум.

Что он успел понять? Что он знает, и что хочет от меня узнать? Он враг или, возможно, союзник?

Сердце билось так сильно, что не давало мне мыслить здраво. Покраснев, я уставился на него.

— Я признаю, что случившееся в тот день могло быть вызвано недопониманием. Если мы поделимся информацией, возможно всё пойдёт по-другому.

Я потёр правой рукой грудь. Финн прав, возможно есть более разумный выход из положения. Если я расскажу членам Паствы Локи всё что случилось, возможно исход тоже изменится.

В то мгновенье, когда я решил спасти Виену, моё тело двигалось само по себе. «Инстинктивно» будет единственным подходящим словом.

Только вот, кто бы что не говорил, наверняка именно Финн пригвоздил её копьём к земле.

Безжалостно, не вслушиваясь в мольбы о помощи.

Когда я увидел взгляд его синих глаз с той крыши после броска копья, я тут же понял, что никаких переговоров не будет.

Как командир Паствы Финн мыслит по-другому. Он куда больший реалист, чем Лили, он может отвлечённо подумать о сложившейся обстановке и вынести решение, не позволяя личным чувствам стать на пути. Он взвесит все возможные варианты беспристрастно и безжалостно.

Если бы в его интересах было пожертвовать мной ради чего-то большего, он бы пожертвовал мной не раздумывая.

— К тому же, сейчас всё по-другому, — сказал Финн.

Он прав. Сейчас всё по-другому.

Нет буйствующей Виены. Нет нависшей над обычными горожанами угрозы. У нас нет причин противостоять друг другу. На остальную Паству Локи сейчас можно не обращать внимания, если только Финн сможет доказать мне, что он способен понять Ксеносов…

Я начал осознавать, что Финн направляет этот разговор. И, всё же, я ему доверяю, поэтому начал сомневаться, не стоит ли мне рассказать ему о Ксеносах открыто.

— Белл Кранелл, если что-то знаешь, я хочу, чтобы ты мне рассказал.

— Я, эм…

Если бы я мог заручиться его поддержкой… может рассказать ему не такая уж плохая мысль?

Мои губы распахнулись, я собирался заговорить… но нас неожиданно прервали.

— Ого, Белл! Вот это совпадение!

— !

Бодрый голос раздался в глухой аллее.

— Всевышний Гермес?..

— Да, это я, Гермес. А ты чего забыл в такой глуши? Потерялся, может? Или, может, юный Белл Кранелл тоже пришёл на Дедалову Улицу собрать информацию?

Одетый в свой обычный дорожный плащ Гермес приблизился к нам пружинистыми шагами.

— Хо-хо, Храбрец. Вы двое что-то обсуждали? — сказало божество, заметив Финна, скрытого в моей тени.

— …Вовсе нет, мы только что закончили разговор, Всевышний Гермес, — ответил Финн, рассматривая лицо улыбающегося божества.

Спустя секунду он вздохнул, будто признав поражение.

Я покраснел, когда он проходил мимо меня. Уходя, он бросил на меня взгляд:

— Белл Кранелл. У тебя есть ключ?

— ?..

Поначалу я не понял, о чём спросил Финн, но мгновенье спустя вздрогнул от удивления.

Ключ… он про Сферу Кносса?

Воспоминания о магическом предмете мелькнуло в моих мыслях. Я подумал о глазе с нанесённой на него буквой D, которого прямо сейчас у меня нет и напрягся. Финн мне улыбнулся.

— Раз ты ничего не знаешь, ну и ладно. Забудь что я сказал, — бросил он на выходе с переулка.

Я посмотрел, как он исчезает в суматохе улицы, и повернулся к Гермесу:

— Всевышний Гермес, что вы здесь?..

— Белл.

Не успел я закончить вопрос, как он положил руку на моё плечо и приблизился лицом к моему лицу.

— Будет лучше не говорить Пастве Локи о Ксеносах.

— !

Я удивился, как только слово Ксеносы слетело с его губ, а потом ещё и данному им совету. Он тихо продолжил:

— Или, точнее будет сказать, для них не будет разницы, что ты расскажешь. Даже если они будут знать, что Ксеносы разумны, Паства Локи всё равно решит их истребить.

— !..

— Даже если они попросят тебя о помощи в переговорах, я так думаю, они просто попытаются тебя использовать.

Он продолжил совершенно серьёзным тоном и с серьёзным выражением на лице:

— На эту тему тебе не стоит говорить ни с кем из Паствы Локи, которой командует Храбрец. В этом совете я уверен наверняка.

Я сглотнул, услышав заявление бога.

Сказав то, что он должен был сказать, он улыбнулся и отступил.

— Знаешь, я и сам вовлечён в случай с Ксеносами, по просьбе Урана, — сказал Гермес.

— !.. По просьбе Урана?

— Да. Пытаюсь отследить, куда они пропали.

Моё удивление невозможно было описать. Гермес выложил передо мной все карты.

— Асфи и остальные пока не смогли их найти, я слышал, что их замечали в канализации. Вместе с падшим Мудрецом, но ты и так это знаешь.

Падший Мудрец… Выходит, Всевышний Гермес и о Фелсе знает? Я решил, что он пытается поделиться со мной информацией.

— Но, когда?..

— Довольно давно. Думаю, я узнал о Ксеносах до того, как это сделал ты. Всё это время мы действовали скрытно.

— Тогда… Что ваша Паства сделала, когда узнала о говорящих монстрах?

— Думаю ты и сам понимаешь, что многие были потрясены. Но сейчас они считают Ксеносов частью своей работы. Профессионалы остаются нейтральными, слово клиента закон. И они соблюдают этот закон, потому что их глава — вот этот парень.

Стоя перед глупо улыбающимся Гермесом, я представил раздражённо вздохнувшую Асфи. Не мог не улыбнуться.

— Мы работаем независимо, но можешь считать нас союзниками, — сказало улыбающееся божество, подмигнув.

При слове союзники я ощутил громадное облегчение. Подозреваю, это признак того, как сильно меня загнали в угол…

— Эй, Бееееелл!

Окрикнула меня боженька.

— Ты чего в этом тупике забыл? Ты не возвращался, и я решила тебя поискать. Всё в порядке?

— Эм… Прости, Всевышняя. Я в порядке.

— Какое облегчение. Я беспокоилась… а Гермес что тут забыл?

Вздохнув с облегчением, боженька подошла к нам и вопросительно уставилась на Гермеса.

— Ха-ха-ха! Мне так жаль, Гестия, я просто увлёк малыша Белла разговором, — Он посмеялся и отшутился. — Что же, передаю тебе роль его хранителя. Обезопась его, Гестия! — сказал он, направившись к выходу из переулка.

— …Белл, о чём вы говорили с Гермесом?

— Что же…

Когда я всё ей рассказал, боженька потёрла подбородок:

— Я слышала, что Гермес и его Паства получили запрос от Урана, но…

— Что, правда?

— Да. Наверное, они тоже пытаются помочь Ксеносам…

Слова боженьки оборвались, когда она посмотрела в сторону, в которой исчез Гермес. Она подозрительно отнеслась к тому, что Гермес даже не подумал с ней переговорить. Я проследил за её взглядом.

Пока мы стояли, капля воды упала на моё плечо.

Мгновение спустя одеяло облаков накрыло город звуками дождя.

Капли падали, каждая в назначенное ей место, меняя форму после падения.

— Гах… снова дождь.

Верфольф Бете фыркнул и замотал головой, скидывая капли дождя.

— Если бы после того дня не было дождливо, зверолюди уже нашли бы монстров по запаху, — сказала амазонка Тионэ.

— Чёртов дождь все запахи сбил… вот дерьмо, — ответил Бете.

— Вервольфы всегда бесполезны, когда сильнее всего в них нуждаешься.

— Мы лучше амазонок, которые вообще никогда пользы не приносят.

— Что ты сказал? — хором произнесли два голоса.

Разбив лагерь в Районе-Лабиринте, члены Паствы Локи сделали перерыв в поисках, когда начался дождь. Лидеры Паствы встретились.

Дварф Гарет вздохнул, отведя взгляд от Тионэ и Бете, уставившихся друг на друга с нескрываемой злобой. Сидящая рядом с ними сестра Тионэ, Тиона, лежала на каменной мостовой, раскинув руки и ноги в стороны, размокая под дождём.

— Что с тобой, Тиона? Выдохлась, что ли?

— Я не выдохлась, просто руки и ноги жутко болят после долбёжки в адамантитовые стены. Стоило нам пройти одну стену, как Финн приказывал долбить другую! Финн настоящий эксплуататор.

— В таком уж положении мы оказались. Смирись, — парировал Финн. Он вернулся в лагерь как раз к тому моменту, как Тиона махая рукой на него жаловалась.

— Как прошла встреча, Финн? Ты смог поговорить с Беллом Кранеллом? — спросила ожидавшая его Риверия.

— Да. Мы встретились, но нас прервали, не дав закончить разговор, — ответил он, входя в установленный тент. — Он бы всё равно ничего не сказал, но я почти уверен, что он что-то скрывает. Он знал о Кноссе, хоть ключа у него и нет.

Короткие переговоры закончились неудачно, но Финн тщательно присмотрелся к Беллу и теперь мог говорить вполне уверенно. В отличии от являющегося новичком командира Паствы Гестии, полурослик вынес из этого разговора немало информации.

— Он безусловно в эпицентре событий, — добавил Финн, обращаясь к лидерам Паствы, собравшимся под навесом.

— …

Золотоволосая и золотоглазая Принцесса Меча Айз ответила молчанием на слова командира.

— То есть… — заговорила Риверия.

— Да, — кивнул Финн, обведя присутствующих взглядом, — как и было запланировано, устанавливаем слежку за Беллом Кранеллом.

— Ксеносы и Кносс…

За окнами лил дождь. Амазонка Айша отвела взгляд от окна, вернув его в комнату.

— Это именно то, что стало причиной событий случившихся четыре дня назад? — спросила эльфийка Лю.

— Да, именно, — ответила Асфи, её волосы цвета морской волны затрепыхались от активных кивков.

Трое девушек стояли одни перед пристройкой к «Щедрой Хозяйке», являвшейся комнатой Лю. Асфи явилась вместе с Айшей и заявила, что они должны переговорить с Лю. Поскольку посетителей не было, Лю спросила разрешения у Мии и повела их в комнату, в которой они сейчас и расположились. Асфи начала рассказ с пересказа событий, на восемнадцатом этаже, которые и привели к аномалии.

— У тебя такие жуткие мешки под глазами… Ты в порядке? — спросила Айша, поражаясь необычно тёмным и огромным синякам.

— …Всё хорошо. Просто одно эгоистичное божество все соки из меня выжимает. Даже сейчас! Не беспокойся, Айша, ты привыкнешь, — ответила Асфи, жуткая безразличная улыбка исказила её прекрасное лицо. Повисло нелёгкое молчание, Айша слегка отпрянула.

Лю наблюдала за разговором со стороны.

— Почему ты рассказываешь нам об этом сейчас? — спросила она, мрачно пытаясь перевести Асфи на то, зачем её позвали.

— Гермес снова требует невозможного… Кхем, как бы там ни было, он желает мирного разрешения сложившейся ситуации, но ему недостаёт людей. Он просит твоей помощи.

— Почему было не рассказать нам обо всём в прошлый раз? — спросила Айша со смесью отвращения и недовольства. Асфи ответила прямолинейно и честно:

— Он решил, что информация, касающаяся Ксеносов, в прошлый раз не принесла бы пользы. Тогда монстры впали в ярость и даже наш клиент не мог их контролировать и не понимал, что происходит. Пусть стычка и была неизбежна, ему не хотелось, чтобы кто-то мог быть убит, зная о разумности этих созданий. Что же до Кносса… мы узнали о его существовании только после инцидента.

В конце концов, второй проход в Подземелье был следствием одержимости Дедала.

Асфи начала больше рассказывать о Кноссе, Айша и Лю молча её слушали. Они были шокированы новостью о том, что существуют говорящие и разумные монстры. Айша, впрочем, выразила свои чувства честно. Она придерживалась тех же взглядов, что и многие люди.

— …Эти Ксеносы, или как вы их там называете? Может они говорят, может они разумны, но я понятия не имею, зачем кому-нибудь спасать монстра. Они не из тех существ, которым хочется сопереживать… особенно те, кто похож на чёрных минотавров, — с вызовом в голосе бросила она.

Амазонка потёрла левую руку и рёбра. Хоть они уже восстановились, в бою кости её руки и рёбра были сломаны. Она прищурила глаза. В них не было ужаса перед жутким чёрным монстром, который её победил, лишь гнев и чувство стыда.

— …Пока того желает наш клиент и источник информации, мы будем помогать Ксеносам. Раз ты стала членом Паствы Всевышнего Гермеса, смирись и прими это как должное.

— Я не слишком быстро привыкаю, знаешь ли, если мне что-то не нравится, я могу взять и бросить. Кстати, что за «клиент», о котором ты постоянно твердишь?

— Могу лишь сказать, что он является частью Гильдии, — ответила Асфи возмутившейся Айше. Закрыв глаза и ощущая мигрень от того, что пришлось поднимать эту тему, она добавила: — Кстати, насчёт монстров, о которых мы говорим… Белл Кранелл также проявил к ним сочувствие.

— …А, теперь понятно, — сказала Айша, покручивая длинные чёрные волосы. Прозвучавшее имя Белла заставило в её голове всё сложиться в единую картину. Ей стало ясно, почему он бросил ударную группу и как появился на Улице Дедала.

— Поняла. Сделаю, как ты скажешь, — вздохнув, добавила амазонка. Она считала, что её долг парню до сих пор не уплачен.

Асфи подошла ближе к Лю, погружённой в молчаливые размышления.

— Лайон, для тебя у меня тоже есть предложение.

— …

— Если будешь с нами сотрудничать, мы передадим тебе информацию об остатках Злодеев.

— !

— Похоже, последние из подонков ещё скрываются в Кноссе. Как только ситуация с Ксеносами разрешится, мы обыщем Подземелье и соберём нужные тебе данные.

— …Вы действительно на это пойдёте?

— Рано или поздно Всевышний Гермес прикажет провести дознание. В этом я могу тебя уверить, — ответила Асфи, одним пальцем поправляя дужку серебряной оправы очков.

Лю обдумала предложение и кивнула. Она доверилась Персею.

Асфи посмотрела на Лю и Айшу.

— Подробные инструкции я передам в скором времени. А сейчас, ждите.

— …Да, точно, я Ганеша!

Божество в маске слона приняло странную героическую позу, сделав громогласное заявление.

— Я это знаю, Ганеша, — ответила Шакти Варма.

По её ответу было ясно, что она привыкла к эксцентричному поведению божества. Красавица с волосами цвета индиго сидела на кровати в комнате дома Паствы Ганеша, также известного как «Я Ганеша». Она приняла корзинку фруктов из рук картинно преподнесшего её бога и поставила её на прикроватный столик.

— Как ты себя чувствуешь, Шакти?! Я пришёл тебя проведать!

— Уже восстановилась. Думаю, вы об этом знаете, Ганеша.

Всё время после битвы на восемнадцатом этаже Шакти провела в этой комнате. Она была ранена в том бою и пыталась восстановиться.

Точнее, так она говорила остальным.

— Двигаться я могу. Но я не могу понять, почему вы держите меня в этой комнате последние дни?

— Потому что последние дни ты только и делала, что работала! Я не хочу, чтобы люди думали, что моя Паства какой-нибудь трудовой лагерь. Поэтому я счёл, что тебе нужно больше времени на восстано…

— Ганеша, — сказала Шакти, прерывая поток слов божества.

Услышав голос командира своей Паствы, Ганеша отбросил шутливость.

— …Мне показалось, что тебе нужно какое-то время, чтобы всё обдумать. После того как я рассказал тебе о Ксеносах, — сказал он.

Шакти была одной из нескольких членов Паствы, которым он рассказал о Ксеносах. Когда Гильдия приказала приручать монстров на восемнадцатом этаже, она повиновалась только потому, что такова была воля её бога.

Ганеша сел на стул и посмотрел Шакти в глаза:

— Прости.

Он положил руки на колени и поклонился.

— Я попросил слишком много, и моя просьба стала для тебя тяжёлой ношей.

Шакти покачала головой:

— Ганеша, не извиняйтесь. Это мы не справились. Мы не смогли остановить монстров, когда он вышли из-под контроля.

Ганеша поднял голову и посмотрел на Шакти из-под своей маски.

— Что ты ощутила, когда боролась с Ксеносами?

— …Жгучую злобу и сочувствие, — честно ответила Шакти, смотря Ганеше в глаза. — Когда я услышала, что Паства Икелоса ловит монстров и продаёт их, я осознала, осознала, почему я испытывала к ним сочувствие, когда пыталась приручить.

— …

— Эти монстры способны впадать в ярость, когда нечто подобное делают с их сородичами… прямо как мы, как люди.

Возможно, опыт, который она приобрела будучи укротителем, позволил ей понять чувства монстров и проникнуться к ним симпатией.

Шакти посмотрела в окно, на капли дождя.

— Ганеша, вы были правы, мне действительно нужно было время, чтобы всё обдумать. Сейчас я потрясена. Потрясена существованием этих монстров. Я потрясена потому, что узнав об этих монстрах, Ильта и её группа могут растеряться в бою… момент промедления может стоит моим друзьям жизни… это меня пугает.

Она приняла дружелюбный настрой Ганеши по отношению к Ксеносам, но, помимо этого, она была напугана. И у неё было право бояться.

Стоит ли им сейчас спасать Ксеносов, или их бросить?

Если бы выбор стоял перед ней прямо сейчас, она, разумеется, выбрала бы последнее. Её нельзя было обвинить в глупости.

Ганеша молча наблюдал, как меняется выражение на лице командира его Паствы, и опустил взгляд. После он проговорил:

— Путь к Нео Ганеше, божеству людей и монстров сложен.

— …О чём это вы?

Серьёзность разговора была оборвана одной единственной фразой, которую Шакти раньше никогда не слышала. Он посмотрела на своего бога, будто пробудившись ото сна.

Он принял решение, продолжив непоколебимым голосом:

— Я всё ещё Ганеша, бог всех людей.

Глаза Шакти округлились.

— Я сожалею что придётся так поступить с Ураном, но сейчас безопасность детей важнее всего.

— Ганеша…

— Мы больше не принимаем участия в поисках Ксеносов. Если между ними и авантюристами начнётся бой, мы будем защищать простых горожан. Мы защитим улыбки на лицах детей.

Ганеша поднялся со стула, подошёл к Шакти и посмотрел на неё сверху вниз, будто спрашивая, готова ли она идти. Она энергично кивнула и поднялась с кровати.

— Мы увеличим количество патрулей, чтобы покрыть весь город. Я присоединюсь к своим людям! Своим великолепным появлением я разрушу повисшую над городом мрачность! — заявил Ганеша.

— Нет, Ганеша, мы справимся и без вас. Ильта и её люди дома, так ведь?

— Да. Когда я отправлял их по комнатам, они гордо заявили, что снова готовы гоняться за Ксеносами! Тогда я им сказал: «Раз Шакти отдыхает, вам тоже положено!». И добавил, что, если они нарушат обещание, я снова затею магическую перестройку дома!

— Вот почему они так притихли…

Шакти и Ганеша покинули комнату дома Паствы, построенного в форме гиганта в маске слона. Убедившись, что присутствуют все ключевые члены Паствы, включая авантюристов первого ранга, вроде Ильты, они начали обсуждать свои следующие шаги.

Неожиданно Ганеша остановился, выглянув в окно:

— Меня заботит, как остальные боги и богини приняли то, что случилось.

— Думаете другие боги знают о Ксеносах?

Миах повернулся спиной к окну, за которым шёл дождь, обращаясь к Гефест и Такемиказучи.

Трое божеств собрались в оружейной лавке Паствы Гефест на Северо-западной главной улице. Предоставив сбор информации членам своих Паств, Миах и Такемиказучи пришли на встречу с Гефест в её офисе на третьем этаже.

— Возможно они уже заподозрили… не думаю, что они могли понять, что эти монстры обладают интеллектом. Впрочем, ощущение, что эти монстры необычны, у них должно было сложиться…

— Точнее, боги могут ожидать, что эти монстры чем-то отличаются…

Трое богов узнали о Виене ещё во время происходивших на прошлой неделе событий, от своей подруги Гестии. Теперь все трое задумчиво обсуждали случившееся.

— Что, если они узнают о Ксеносах?

— Надо бы подумать, кто сейчас в Орарио…

— Конечно, немногие божества так же упёрты, как Арес, но и не все продвинуты, как Гестия. Думаю, процентов двадцать проголосует за уничтожение Ксеносов, около десяти за защиту, а остальные просто будут искать развлечения, — сказал Миах.

Такемиказучи и Гефест продолжили хмуриться.

— Кто знает, что они сделают из своей личной жажды острых ощущений. Велика вероятность, что все выйдут из-под контроля. Возможно, будет лучше скрывать всё, что мы знаем о Ксеносах…

— Вот как… Хотите сказать, можно будет рассказать что-то только в крайнем случае?

Проблема заключалась в том, что очень немногие боги смогут принять Ксеносов, впрочем, и собравшиеся трое не могли назвать себя примерными богами в этом смысле.

— Чёрт, — потирая повязку на глазу произнесла Гефест. Стоящий рядом с ней Такемиказучи измотанно застонал, а Миах вздохнул.

— Ещё и Белл стал поводом для беспокойства. Так открыто броситься на защиту… Уверен, остальные боги заподозрили, что он что-то знает и уже наблюдают за ним, — обеспокоенно сказал Миах. Двое других божеств помрачнели.

— Наверное так…

— Положение не из лучших…

Красноволосая и красноглазая Гефест сдвинула пряди волос с лица.

— Буду с вами откровенна. Я сомневаюсь, что готова встать на сторону защитников Ксеносов, — сказала она, мгновенно изменив атмосферу в комнате.

— Эй, ты чего это?

— Признайте, я права. Я могу понять, почему Гестия не смогла оставить осиротевшего вуивру умирать, потому что знаю её очень хорошо. Но находящиеся на поверхности Ксеносы — это источник проблем. Прямо сейчас они не делают ничего, но вызывают тотальный хаос, не так ли?

— Но ведь…

— Да ладно, Такемиказучи, ты даже детям своим о Ксеносах не сказал, не так ли?

Такемиказучи удивлённо попытался возразить, но тут же замолчал.

Любая попытка рассказать о Ксеносах может внести смуту, особенно среди детей земли. Такемиказучи это знал, потому не мог рассказать правду Оуке и Чигусе.

Дети Гестии, принявшие присутствие Ксеносов, не похожи на других, и именно потому они оказались на краю обрыва.

— Честно говоря, я не думаю, что Ксеносы достойны спасения! — сказала Гефест, не скрывая своих чувств по поводу порождённых Подземельем аномальных монстров.

Миах, слушавший всё это закрыв глаза, наконец поднялся и посмотрел на своих собеседников:

— …Ммм. Полагаю, нам стоит прийти к какому-то заключению.

Он потряс волосами цвета морской волы, его тихий голос слился с шумом дождя:

— Мы решаем, что…

— Выходит, ты назначил Паству Локи, я правильно понял?

Строгий голос старшего божества раздался с алтаря.

При звуке этого голоса, скрючившийся на полу похожий на поросёнка силуэт вздрогнул.

— Д-да, сэр, так я и сделал! Я принял решение, что в данный момент они лучше подходят для защиты Улицы Дедала!

Звуки дождя не проникали в подземное помещение под Пантеоном. В Часовне Молитв, освещаемой только четырьмя факелами, сидящий неподвижно, будто статуя, Уран свысока смотрел на главу Гильдии Роймана, обливающегося потом у подножия алтаря.

— Я также взял с них обещание, что ни одна живая душа не узнает о Кноссе, а также они передадут нам всё, что о нём узнают! Храбрец держит слово! Всё под нашим непосредственным контролем!

— …Что ты скрыл от меня, Ройман?

Эльф попытался заговорить истинного хозяина Гильдии, но тот сразу раскусил Роймана:

— Это касается ключа?

— …Я-я совсем забыл сказать. Я приказал им передать ключ от Кносса Гильдии, если они его найдут…

Ройман покрылся холодным потом, но мрачность из голоса Урана никуда не исчезла:

— Убедись, что они доложат всё о Кноссе. Как только мы получим ключ, найдём способ организовать его обыск самостоятельно. Именно Гильдия, не отдельные авантюристы и Паствы должны надзирать за наследием Дедала.

— Да, сэр!

— Я закрою глаза на назначение Паствы Локи. Иди!

Дрожащий Ройман поднялся.

Когда он нетвёрдой походкой выходил из зала, божество с волосами цвета пламени спускалось по лестнице, ведущей на поверхность ему навстречу. Божество похлопало Роймана по плечу и разминулось с ним.

— А Ройман хитёр, да? — сказал Гермес, оказавшийся посреди Часовни Молитв.

— Жадности в нём хватит на десятерых, но он талантлив и его желание помочь развитию города можно назвать искренним, — слегка улыбнувшись ответил Уран.

— Выходит, Паства Локи остаётся на Улице Дедала? Ну, раз Фрея не выходит из Вавила, выбор Храбреца, чтобы отрезать Ксеносам возможный путь к бегству вполне очевиден.

— Да… и пока всё остаётся так, Ганеша, скорей всего, постарается защитить жизни обычных горожан, поставив это в приоритет, — сказал Уран. Хоть эти слова и не были произнесены громко, ему оставалось только принять перетасовки, случившиеся в расположении Паств.

Поскольку он глава Гильдии, попытка отдать приказ вынуждающий Паству Локи отступить с Улицы Дедала подорвёт к нему доверие. Урану нужно оставаться символом мира и покоя в городе, потому он не может отдать такой приказ.

Вдобавок, если вырвавшихся на поверхность монстров нужно уничтожить, более подходящей кандидатуры, чем Паства Локи, не найти.

— Что же, перейду к докладу о текущем положении вещей, раз уж ты предоставил мне честь разбираться со всем этим бедламом.

Гермес подошёл к центру алтаря, на котором как на троне восседал Уран ближе, и снял свою шляпу.

— Ксеносы передвигаются по городской канализации. Докладов очевидцев становится всё больше, но… благодаря назначенным наградам авантюристы предпочитают не собираться в слишком большие группы. Пожалуй, это единственное, в чём нам повезло.

— Что насчёт Ксеносов, отделившихся от Фелса?

— Ничего о них не знаю, даже число отделившихся. Некоторые могли быть уже пойманы авантюристами или нечистыми на руку богами.

Поскольку никто ни о чём не докладывал, узнать об этом наверняка было невозможно.

— Многие авантюристы натыкались на чёрного минотавра и собирались его убить, но терпели сокрушительное поражение… И даже сейчас, приходя в сознание они содрогаются, будто увидели кошмар наяву и замалчивают факты.

Вздохнув, Гермес поднял два пальца.

— Варианты Ксеносов ограничены.

Для побега требовалось две вещи. Первая, собрать всех отделившихся Ксеносов вместе. Вторая, они должны добраться до входа в Подземелье. Вторая была наиболее важной. Если Ксеносы и могут выжить, то только вернувшись в Подземелье.

Пути к Подземелью тоже два.

Первый — это центр города, Вавил, в котором расположена огромная яма ведущая в Подземелье. Второй — это Дедалова Улица, юго-западный район города, в котором расположен вход в Кносс.

— Если они отправятся в Центральный Парк, битва с авантюристами будет неизбежна… Кто знает, как поведёт себя Паства Фреи. Полагаю, Фелс не станет пользоваться этим путём.

— Я пытался договориться с Фреей по-своему, но, как ты понимаешь, она не стала прислушиваться к тому, что я говорю.

Гермес вздохнул и улыбнулся, когда Уран упомянул сереброволосую богиню, оккупировавшую Вавил.

— В таком случае, Ксеносы, должны отправиться на Дедалову Улицу, туда, где у них есть хоть какое-то преимущество.

— Но Паства Локи перекрыла им путь к Кноссу.

Другими словами, если они попытаются использовать похожий на Подземелье запутанностью район города, возможно им удастся скрыться от надзора авантюристов. Но, даже если у них получится подойти незамеченными ко входу, там их будет ожидать Паства Локи.

— Я и раньше об этом знал, но ситуация очень серьёзная, — сказал Гермес, усмехнувшись.

— Что ты можешь рассказать мне о Кноссе? — спросил Уран, возвращая разговор в нужное русло.

— Согласно полученной от авантюристов Ривиры информации, напавшие на них на восемнадцатом этаже монстры появились на поверхности. Многие Паствы узнали о существовании второго входа в Подземелье.

— И на Дедаловой Улице собралось множество авантюристов?

— Да. Похоже, что некоторые самолично организовали поиски входа, но… Что же, район был построен самим Дедалом, неудивительно, что нашла вход только Паства Локи.

— Гермес, что насчёт твоей Паствы?..

— Мы уже провели своё расследование.

— !

Будто в доказательство божество достало небольшую книжку:

— Название простое, «Заметки Дедала».

Впервые за всё время у Урана округлились глаза.

— До того, как я позволил Пастве Локи поймать Икелоса, я заставил его выдать мне эту книжку. В ней нарисована карта Кносса, включая, разумеется, расположение всех входов.

— …

— Мои детки проверили нарисованную карту на достоверность. Они использовали Головы Аида и мешки-вонючки… Асфи очень жаловалась, что боялась за свою жизнь, проводя исследование в такой близости от Паствы Локи. Ударила даже.

Именно Гермес вытащил Икелоса из того места, в котором божество скрывалось. Он рассказал, что, прежде чем передать его в другие руки, он выдвинул ряд требований, одним из которых была передача «Заметок Дедала». За четыре дня с момента происшествия, его дети осмотрели местность вокруг Кносса по его приказу, оставаясь незамеченными Паствой Локи.

Объяснив, как ему удалось этого добиться, Гермес поднялся по алтарю к старшему богу. Он протянул Урану книжку:

— Оставляю её в твоих руках. Она тебе нужна, не так ли?

— …

Уран закрыл глаза, Гермес ухмыльнулся.

Пламя факелов треснуло. Старшее божество взяло древнюю книгу в руки и положило себе в карман.

Гермес улыбнулся шире и спустился с алтаря.

— Гермес… что ты собираешься делать дальше?

— Что же. Я говорил, меня волнует только Белл.

В этой самой комнате, несколько дней назад Гермес уже в этом признавался. Сейчас он придерживался своей собственной божественной воли. Ему казалось, что будет неправильно, если Белл лишится имени и положения, а потом сойдёт со сцены, потому что он, Гермес, поставил на этого парня всё. Если люди разочаруются в Белле и заклеймят его «врагом людей», это замедлит его движение по благородному пути.

Потому Гермес начал действовать за кулисами.

— Я приказал Асфи и остальным подготовить пару вещей. Остальное зависит только от того, как поведёт себя Белл…

Гермес был уверен, что Белл не сможет сидеть и ничего не делать. Он легонько посмеялся, будто уже видел, как что-то случится.

— Позволь задать тебе вопрос, Уран. Ксеносы и падший Мудрец, который их возглавляет… Как думаешь, что они будут делать дальше?

— …

Какое-то время Уран обдумывал, какие действия может предпринять слуга, которого он знает веками. После долгой паузы, он ответил:

— Полагаю, Фелс попытается…

— Лидо, могу я одолжить у тебя немного крови? — спросил Фелс.

Даже в подземном коридоре маг в чёрной накидке слышал звуки дождя.

— Крови?

— Да. Если бы моё физическое состояние было другим, мне бы не пришлось, но…

— Ну да, ты же скелет.

— Не напоминай, — ответил маг, бросив на ящера взгляд. Острыми когтями Лидо сделал на своей руке надрез.

Фелс вытащил перьевую ручку из кармана и окунул её в текущую из раны кровь.

Когда кровь пропитала перо, оно стало красным, и из него полилась жидкость того же цвета, что и кровь.

— Это магический предмет? — спросил Лидо, с интересом наблюдая за действиями Фелса.

— Да, хоть и не я его изобрёл.

Фелс начал записывать что-то на клочке бумаги, предметом, позволявшим использовать кровь вместо чернил.

— Кто он нас отделился?

— Аруру, Хельга, Летт, Фия и Астерий… Фия была с нами, но крылья подвели её прямо в полёте, и она упала… Летт отправился за ней, — сказала сирена Рей, перечисляя имена аль-миража, адской гончей, гоблина в красном колпаке, гарпии и минотавра.

Она сидела на полу чуть поодаль от Лидо и Фелса и разговаривала с Виеной. Они были посреди канализационного тоннеля. Кроме стен над их головами виднелось нечто, напоминавшее давно забытый колодец со сломанными вёдрами и оборванными верёвками. Капли дождя залетали в тоннель через связанную с поверхностью дыру. Остальные Ксеносы отдыхали неподалёку.

— То есть… вы не знаете где Фия и остальные? — спросила вуивра, у которой перехватило дыхание.

— Нет. Мы обошли всю канализацию, и не нашли их запаха… наверное они прячутся где-то на поверхности, — ответил Грос.

Живот Виены заурчал.

— Я голодна…

— Это естественно. Последние несколько дней мы почти ничего не ели…

Остальные монстры также были голодны. То, что они отказались употреблять людей в пищу, означало, что они не могут утолить голод. Одетая в потерянную одним из бежавших авантюристов робу Виена потёрла живот.

Грос повернулся к одетому в чёрное магу, опасаясь, что они лишатся сил прежде, чем смогут встретиться с остальными Ксеносами.

— Фелс. Мы никуда не сбежим, если так пойдёт и дальше. Нам нужно… Эй, что ты делаешь?! — воскликнул он.

— Пишу письмо, — не переставая водить алым пером ответил Фелс.

Маг закончил писать, ничего не объясняя. К тому моменту, как письмо было готово, в старый колодец влетела тень, будто Фелс подгадал время заранее.

Лидо и остальные тут же встали в защитные стойки, но Фелс просто вытянул руку:

— Наконец ты смогла нас найти.

Сова, один из глаз которой заменял окулюс, приземлилась на вытянутую руку мага. Эта сова была его фамильяром.

— Если бы мой окулюс не был уничтожен в бою, я бы призвал тебя раньше…

Выразив свои сожаления по поводу схватки с Паствой Икелоса в Кноссе, Фелс привязал завершённое письмо к лапе совы.

— Фелс это письмо?..

Фелс кивнул в ответ Лидо и отпустил фамильяра. Сова расправила крылья и впорхнула в затянутое тучами небо.

— Нашей последней надежде.

Дожди не ослабляли хватку, будто в Орарио начался сезон дождей. Впрочем, я сомневаюсь, что эти дожди могут смыть волнение и безнадёжность, воцарившуюся в городе.

Я выглянул в окно своей комнаты, рассматривая мокрые улицы под затянутым тучами небом.

— …

Хоть мы с боженькой и вернулись домой, я не мог избавиться от ощущения, что за мной наблюдают.

Когда я вышел из дома, то ощутил на себе множество взглядов. Поначалу, мне казалось, что это злобные взгляды горожан… но с моей чувствительностью за наблюдением, в голову начали закрадываться другие мысли.

Направленные на меня взгляды были лишены гнева или насмешек… может, простое наблюдение?

За мной следят? Если так, то слежка ведётся именно за мной? Или за всеми в Пастве Гестии наблюдают?

Раньше я держался в стороне от окна, чтобы оставаться незамеченным, но сейчас высунулся, чтобы осмотреться. За железной оградой нашего дома я заметил семенящий по улице силуэт.

— Агх.

Я отошёл от окна и вышел из комнаты. Надеюсь, я ошибся. Моё сердце выскакивало из груди, я отправился в комнату, в которой собрались боженька и остальные, чтобы сказать им, что я чувствую.

— ?..

Спускаясь по коридору, я увидел нечто неожиданное.

В окне, выходящем во двор, прямо посреди сада он увидел, сидящую сову, будто бы ожидавшую, когда кто-нибудь её заметит.

Сова посмотрела на меня, когда я остановился, и я увидел, что одним из её глаз служил кристальный шар.

Повернувшись на каблуках, я бросился вниз по лестнице и, когда подошёл к сове, она порхнула прямо мне в руки.

— Что это такое?..

К её ноге было привязано письмо.

— Тайное послание Ксеносов…

По часам в гостиной было ясно, что скоро начнёт темнеть. Вся Паства Гестии собралась, чтобы прочесть письмо, которое я получил от фамильяра Фелса.

— Код очень сложно расшифровать, но… это точно письмо с просьбой о помощи от Фелса и Ксеносов.

Лили держала в руках словарь, принесённый из Библиотеки. Как она сказала, письмо было написано языком полулюдей и, на первый взгляд, казалось составленным неверно. Его можно было расшифровать только переставляя буквы в словах и сочетая слова из двух языков: полуросликов, первым словом из этого языка было «аномалия», и ренартов, первым словом которого было «глупец». Только те, кто знают природу Ксеносов и Фелса, смогли бы расшифровать этот код.

С напряжёнными лицами Лили, Вельф, Микото и Харухиме собрались вокруг стола читая письмо.

— «Мы попытаемся добраться до Улицы Дедала завтра ночью». Похоже, они оказались в бедственном положении… — сказал Вельф, впервые за долгое время вышедший из мастерской.

— Наверняка сейчас Улица Дедала… — начала говорить Харухиме, прижав руки к груди. Микото подтвердила её страхи:

— Да, Харухиме-сама. Переполнена авантюристами, вдобавок, там разбила лагерь Паства Локи.

Письмо, написанное красными чернилами, не расползлось от дождя и начиналось с извинений, после переходящих в описание ситуации, в которой оказались Фелс и Ксеносы, а также описывало их план по возвращению в Подземелье. Оно заканчивалось просьбой о помощи. В последних строках к нам обращались с просьбой помочь им возможными средствами.

Поначалу мы с Харухиме и Микото обрадовались, что Виена пришла в себя… но после чтения письма все затихли.

Мы уставились на лежащее на столе письмо.

— …Будто какой-нибудь злой бог приглашает нас на собственное уничтожение, — драматично пробормотала Лили. Впрочем, её слова нельзя назвать преувеличением.

Учитывая в каком положении сейчас Орарио, спасение Ксеносов обратит против нас все Паствы города.

Я ощутил, что в комнате воцарилась мрачность, грозившая разбить мне сердце.

Боженька нарушила тишину:

— А теперь давайте придём к заключению. Будем мы спасать Ксеносов или нет?

— !..

Она смотрела не на меня, а на Вельфа и остальных. Прежде чем кто-либо успел заговорит, я закричал:

— Всевышняя!.. Это то, что я сам должен сдела…

— Белл — это больше от тебя не зависит. Когда ты, наш командир, вступил в бой, это стало решением всей нашей Паствы. Хватит пустой болтовни.

У меня чуть сердце не остановилось, когда я услышал, что она критикует моё поведение с точки зрения главы Паствы.

Она перевела взгляд с застывшего на месте меня, и снова обратилась к Лили и остальным:

— Прошу вас всех сделать выбор. Станем мы союзниками Ксеносов и отшельниками? Или бросим их и вернёмся к своей обычной жизни?

Такой выбор встал передо мной, когда я оказался между Виеной и Паствой Локи, я был вынужден его сделать. Теперь к этому выбору боженька подталкивала остальных.

Я не хочу, чтобы им пришлось выбирать один из путей. Я искренне от всего сердца этого желаю.

Я стоял будто преступник, ожидающий вынесения приговора и воспоминания о моих действиях на Улице Дедала, наполнили меня чувством вины за тот проступок.

— Всевышняя Гестия, — сказал Вельф, поднимая руку, — могу я добавить третий вариант?

— И какой же?

— Мы тайно поможем тем ребятам вернуться в Подземелье. Тогда и отшельниками становиться не придётся.

Поначалу я был так поражён словами Вельфа, что даже не смог их понять.

Он ухмыльнулся, боженька тоже начала улыбаться, будто поняла о чём он говорит.

— Смотрите.

Вельф вытащил из ножен кинжал так, что его волосы подпрыгнули.

— Магический клинок. Ещё три в мастерской.

— А я-то думала, почему ты там целыми днями пропадаешь… — со вздохом сказала Лили. Она посмотрела на тёмно-синее лезвие, будто заранее знала о его существовании.

— Я знал, что нам придётся что-то предпринимать, и знал, что времени у нас не много. Ну, чтобы спасти Ксеносов… И да, я снова отбросил глупую гордость. Если у нас не будет подобных вещей, мы не сможем противостоять другим авантюристам.

Я прирос к месту, теперь уже от чистейшего удивления.

Я и подумать не мог, что Вельф открыто признает своё желание спасти Ксеносов.

— Что за выражение на лице, Белл? — вопросительно посмотрел на меня Вельф.

— Ч-что ты хотел сказать, что?! — я не мог не закричать. — Я вас бросил и сделал всё ничего у вас, не спросив!!! И это принесло вам столько проблем и боли!!! Я… я был уверен, что стану вам отвратителен…

Все чувства и сомнения, которые я питал всё это время выплеснулись из меня сами собой.

Я хотел извиниться. Я не ждал прощения, но мне хотелось перед ними извиниться.

Пока я отчаянно пытался выдавить из себя эти извинения, Вельф хлопнул меня по плечу.

— Белл, я говорил. Не извиняйся.

Его слова всплыли в моей памяти.

Так поступают в семьях, правда? Поддерживают друг друга.

Скидывай на меня любые проблемы. Я не возражаю.

Так Вельф мне сказал, когда мы обсуждали миссию по сопровождению Виены на двадцатый этаж. Вспомнив эти слова, я был тронут.

— Впрочем, если хочешь, чтобы я тебя поругал… в следующий раз не оставляй нас в стороне, ладно?

Вельф ухмыльнулся. Следом за ним, улыбнулась Микото:

— Белл-сан, вы сделали всё правильно. Мы обдумывали, что сделали бы, если бы оказались в вашем положении, и приходили к тому же решению, что и вы… Просто вы нас опередили.

Я не знал, что ответить. Потом заговорила сидящая за моей спиной Харухиме:

— Вам всё это время было больно, правда? Примите мои извинения, мне стоило поговорить с вами раньше.

— Харухиме…

— Огромное спасибо за спасение Виены-сан. Я очень рада, — сказала она, в её глазах стояли слёзы, а слова были произнесены с нежностью.

Их изображения были подобны тем улыбкам, которые я видел на лицах Лидо и остальных, когда они благодарили меня, уходя со спящей Виеной.

Лили смотрела как мы говорим молча.

— …Чёрт, вы такие мягкотелые! А мне не стыдно сказать: я так не думаю! Я против спасения монстров!!! — вскрикнула она, будто потеряв терпение.

Она отвернулась, а потом медленно начала поворачивать голову, смотря на нас одним глазом.

— Но… ничего не поделаешь, раз большинство решило по-другому.

— Лили…

Улыбка расцвела и на её лице.

— То, что Сударь Белл будет брошен, или бросит любого из нас… Мне попросту не нравится такая мысль. В общем, я привыкла быть отшельницей. Пары злобных взглядов я не боюсь, — добавила она.

— …

Я не мог смотреть им в глаза с того дня, когда повернулся к ним спиной, а теперь улыбался каждому из них. Лили, Вельфу, Микото, Харухиме.

Силь была права.

Чего-то я лишился, но что-то осталось со мной.

Слезинка покатилась из моего глаза.

Сколько раз они меня выручили? Сколько раз я уже испытывал это ощущение?

Я так рад, что их встретил… и что мы стали семьёй.

— Простите… и спасибо, — сказал я приглушённым голосом, прижимая руку к лицу и шмыгая носом.

— …Решено. Мы идём спасать Ксеносов все вместе! — наша Всевышняя, смотревшая на нас с добротой в глазах, подхватила эмоциональную атмосферу и сделала заявление. Мы кивнули и улыбнулись, услышав её божественную волю.

— Впрочем, должна сказать, что положение легче не стало. Вокруг будет полно авантюристов, а также Паства Локи… Будет сложнее, чем зачистка нижнего этажа Подземелье.

— То есть, если справимся, то и нижние этажи Подземелья начнём как орешки щёлкать? — ухмыльнувшись, сказал Вельф.

— Хватит отшучиваться, — ответила Лили, бросив на него злобный взгляд.

После этого разговора старая атмосфера вернулась в Паству Гестии.

— Мы найдём себе достойных противников, это точно… Наверняка они будут сильнее, чем нужно, — сказала Микото.

— Всё ради спасения Виены и Ксеносов, — добавила Харухиме.

Они обе выглядели решительно.

Все из нас преследуют одну цель.

— Итак, Белл, заведи нас всех! Скажи пару слов чтобы приободрить! — сказал Вельф, повернувшись ко мне с бесстрашной улыбкой.

Эту идею неожиданно с большим энтузиазмом подхватила Боженька:

— Точно, Вельф, отличная идея! Собираемся в круг!

— Эм, как-то это слишком постыдно… — сказала Лили.

— Хах, Помощница. Приказ главы Паствы. Подчиняйся!

— Ну, конечно, именно сейчас!..

Микото и Харухиме похихикали, над перепалкой Боженьки и ворчащей Лили.

Что же до меня, желание расплакаться от радости я преодолел. Я вытер лицо и присоединился к кругу.

Боженька вытянула руки в центр, все сделали также. Я последовал за ними.

— Итак… Начали.

Несколько секунд я помешкал, решая, что сказать, а потом кивнул, увидев обращённые ко мне улыбающиеся лица. Под надзором совы, сидящей на спинке одного из кресел, мой голос озвучил мысли:

— Давайте спасём Виену и Ксеносов!

— Да!!!

Бесконечный дождь продолжал капать.

— Мы отправимся в Кносс под прикрытием Белла Кранелла и его Паствы.

Фелс обратился к Ксеносам собравшимся в сточном тоннеле у заброшенного колодца.

— Авантюристы… и Паства Локи могут нас обнаружить, но единственный способ к бегству — это проникновение в наследие Дедала. Мы можем также использовать подземные пути, которые ведут за городские стены, но, скорее всего, это билет в один конец. Паства Локи наверняка укрепила те проходы и, если они нас там ждут, мы окажемся беспомощны.

— Ты сказал, что мы двинемся под прикрытием Белла Кранелла, но как это возможно? Я не думаю, что мы можем работать сообща…

— Если они согласятся на моё предложение, вскоре Белл Кранелл и его Паства с нами свяжутся. А сейчас мне нужно, чтобы вы верили в моё предложение и их решение.

— А что насчёт тех Ксеносов, которые сейчас не с нами?

— Нам остаётся только подать им сигнал. Возможно, авантюристы уже догадались о наших планах, но мы можем только отправить сообщение и броситься на Улицу Дедала.

Сирена Рей, горгулья Грос и остальные Ксеносы расспрашивали Фелса о составленном им плане, который определит их судьбы, а маг отвечал на все вопросы без заминок.

Всё это время только Лидо мрачно смотрел в пол.

— Лидо?.. Что случилось? — спросила Виена, заметив явную мрачность ящерочеловека.

— Ничего. Просто мне не по себе от того, что мы так сильно полагаемся на Белуччи и его Паству… Мы принесём им немало трудностей, — сказал он, после чего пробормотал: — Мне просто стыдно.

— Лидо. Я понимаю твои чувства, но пока Уран не может действовать открыто, очень малое количество людей может нам помочь. Нам остаётся только положиться на Паству Гестии… — сказал Фелс.

— Знаю, знаю… и всё же.

— Лидо.

Виена вытянула руки и обхватила руку ящерочеловека, её пальцы обхватили красные чешуйки.

— Знаешь, что рассказала мне Харухиме? Одну историю, которую на поверхности называют «Благодарный Снежный Дух».

— Благодарный?..

— Да. Благодаря людям, которые её спасли, дух смогла сделать им в ответ много хорошего. Так что однажды и мы тоже…

Драгоценный камень во лбу Виены блестел, она довольно улыбалась:

— …Мы тоже сможем во многом помочь Беллу и остальным, которые нам помогли, правильно?

Лидо с удивлением посмотрел в невинные глаза улыбающейся ему девушки. Вуивра, которая безудержно рыдала от разлуки с Беллом, уже не было.

— Виена… Ты изменилась.

— ?

После обращения в пепел и падения в бездну она будто пробудилась, сама того не замечая, благодаря жестокости человечества и в равной степени их прекрасной доброты. Её спасла доброта, возможно глупейшая на свете доброта одного-единственного человека. Виена пробудилась от сна, который вёл её множество жизней, и нашла новое желание, желание окунуться в эту доброту снова и передать её кому-нибудь ещё.

Да, встретив Белла, она изменилась.

Оказавшись перед озадаченной Виеной Лидо прищурил глаза, будто ослепляемый светом.

— Да, ты права… Если выберемся из этой передряги, обязательно поможем Белуччи и его Пастве.

— Да!

Рей, Грос и остальные Ксеносы видели, как Лидо и Виена улыбаются друг другу. Даже чёрная роба Фелса затряслась, будто он рассмеялся.

— Вернёмся к обсуждению возвращения в Кносс, — сказал маг, доставая из тёмной робы магический предмет с выгравированным на нём символом «D».

— Наше единственное преимущество — это наличие ключа.

Фелс покрутил в руках Сферу Кносса, встроенную в металлическую пластинку.

Эта сфера поможет Ксеносам открыть орихалковые двери.

— Это та, что я украл у того человека?.. — спросил Грос.

— Если Астерий жив, у него должна быть вторая… — сказала Рей.

Ключ, который держал в руках Фелс, принадлежал Гленну из Паствы Икелоса. После того как Гленн бросил в Виену проклятое копьё, Грос убил его, а Фелс забрал из его рук ключ. Другой ключ, который Белл нашёл в мешочке Лю, был отдан чёрному минотавру.

— Авантюристы-охотники и Паства Локи пока не должны были найти подобные ключи.

— То есть…

— Да. Узнав расположение входов, мы можем войти в Кносс. А когда мы закроем проходы, даже Паства Локи нас не достанет.

Если Фелс и Ксеносы доберутся до Кносса, они одержат победу.

Освещаемые тусклым светом, пронзающим тьму ламия и тролль захлопали в ладоши.

— Остаётся только то, что я сказал в самом начале. Положиться на Белла Кранелла и его Паству, чтобы добраться до Кносса.

— Когда ты сказал, что они нам помогут, это значило что они пойдут с нами?

— Нет, Белл послужит в качестве приманки.

В тот момент, когда Фелс это произнёс, Ксеносы, популярность Белла среди которых взлетела до небес, посмотрели на него с отвращением. Лидо, Рей и даже Грос нахмурились, а у Виены на глаза навернулись слёзы.

— Фелс, ты собираешься использовать Белла?

— Подонок.

— Древний вонючий мешок с костями.

— Ненавижу тебя, Фелс!

— Постойте, хватит меня оскорблять! И кости мои тут ни при чём!!! Виена, твои слёзы меня убивают, может дослушаете меня сначала?! — скелет вздрогнул. Вопрос сирены, обвинения гаргульи и ящерочеловека, а также слезливый взгляд вуивры вынести он не мог.

После этого он подробней объяснил, что значило слово приманка.

— Из-за случившегося Белл Кранелл привлёк к себе много внимания. Даже сейчас по всему городу его недолюбливают и, скорей всего, подозревают. Но это сработает нам на руку.

— …Что за отвлекающий манёвр? — пробормотал Грос.

— Действуя независимо от нас, он привлечёт внимание авантюристов.

Боги и другие силы в городе должны понять, что Белл Кранелл был эпицентром событий, объяснил Фелс. И пока их внимание приковано к молодому авантюристу Фелс и Ксеносы тайно подберутся к Кноссу.

Лидо и остальных это объяснение удовлетворило, но Виена погрустнела сильнее:

— Значит мы не увидимся с Беллом?

— Не увидимся. Пожалуйста, прими это Виена, — подбодрил её Фелс.

Маг в чёрном изложил суть плана.

— Мы переведём внимание Паствы Локи на Белла Кранелла.

— …Так могут подумать наши враги.

Все члены Паствы Локи собрались в лагере, расположенном в углу Улдицы Дедала, Финн проводил собрание.

— Вооружённые монстры могут использовать Белла Кранелла, чтобы отвлечь наше внимание и войти в Кносс, поэтому мы сделаем вид, что попались на их уловку и установим ловушки. Важно будет не пропустить то, что произойдёт вдали от Белла Кранелла.

Теперь, когда дождь кончился, на Дедалову Улицу опустилась завеса ночи. Лица авантюристов освещали лампы с магическими камнями, развешанные по всему лагерю. Объясняя план, Финн ходил между рядами авантюристов.

— Эй, Финн, помидорный кролик правда с монстрами сговорился? — мрачно спросил вервольф Бете.

— Что, настроение тебе испортил, Бете? — спросила Риверия.

— Захлопнись!

Финн посмотрел на Бете, когда тот прикрикнул на эльфийку. Несмотря на то, что он смотрел на вервольфа, он озвучил ответ, помня о присутствии Айз.

— Возможно Белла Кранелла используют, может его попросту обманули. Как бы там ни было, сейчас Белл Кранелл не входит в ряды наших союзников… Принимайте это во внимание.

Айз и Тиона обе проводили для Белла особую тренировку перед «Битвой», и им было бы трудно поверить в другое объяснение. Сидящая за золотоглазой и золотоволосой Принцессой Меча амазонка держала руки сложенными за головой.

— Я не до конца поняла, но, если Аргонавтик нас отвлечёт, разве мы не проиграем эту битву?

— Проиграем. Но и давать ему делать что вздумается тоже не стоит, поэтому Круз и ещё пара людей за ним наблюдают.

— Капитан, а не было бы лучше поймать его до того, как он хоть что-нибудь сделает? — Тионэ предложила типичное для любой амазонки решение.

Финн ответил с улыбкой:

— Несмотря на то, что в глазах людей Белл Кранелл злодей, у нас нет против него никаких улик. Если мы сделаем нечто подобное безосновательно, то сами станем в глазах людей преступниками. Гильдия и без того за нами следит. К тому же, попасть в немилость Всевышней Гефест, подруги Паствы Гестии, будет неприятно.

Тионэ нахмурилась, но не замолчала:

— Звучит не очень обнадёживающе. Но, Капитан, ещё один вопрос. Я знаю, что вооружённые монстры умны, но разве они могли бы придумать такую стратегию?..

— У них есть кто-то вроде лидера… не так ли, Гарет?

— Есть, есть. Пока вы дрались, я наблюдал с высоких зданий и увидел чудака в чёрной робе. Не знаю, монстр он или человек… но на укротителя был похож, — заговорил Гарет. Этот ответ устроил Тионэ.

Неожиданно, Тиона, будто что-то вспомнив, заговорила:

— Кстати, а почему нам просто не обыскать канализацию? Другие авантюристы видели там монстров.

— Это потребует разделения сил. Если ослабим защиту в Орарио, и монстры пойдут в этот момент на прорыв, всё будет кончено. Возможно, они позволяли авантюристам их найти намеренно, с этой самой целью.

Мудрый полурослик, возглавляющий Паству Локи, раскусил планы Фелса. Для монстров его интуиция обернулась сущим кошмаром.

— Вдобавок, чёрного минотавра надо опасаться. Пусть он и ранен, бдительность ослаблять не стоит, — продолжил Финн. Этот монстр беспокоил его больше всего.

При упоминании зверья авантюристы напряглись. Бете и Тионэ подняли брови, а Айз их свела.

— Если бы кое-кто не слетел с катушек, мы бы быстро его уложили, — проворчала на вошедшую в состояние берсерка во время боя сестру Тиона.

— Чё?! — рявкнула Тионэ.

— У него слишком грубая техника боя. Если подберёмся поближе, наверняка с ним проблем не возникнет. Но… он гораздо сильнее любого монстра, которого мы раньше встречали, — раздражённо проговорил Бете, игнорируя крики сестёр.

Он оценил техники боя минотавра как незавершённые, но был впечатлён необузданной силой зверя.

Того монстра не беспокоили контратаки авантюристов. Он пытался превзойти их одной мощью.

— Ты прав. Его способность держать удар нельзя недооценивать. Как сильно бы Тиона и остальные его не били, он не проявлял признаков боли. Только прямые попадания Айз были заметны, — спокойно сказала Риверия.

— Я бы назвал его одним из представителей подрасы чёрных носорогов. У них плотная шкура. А стоит им поднабраться опыта, и они становятся очень опасны. Думаю, этого монстра можно причислить к главарям этажей. Впрочем, при правильном подходе, как Тиона и сказала, мы быстро с ним справимся, — спокойно и рассудительно добавил Гарет.

Финн согласно кивнул.

— Но…

Наконец заговорила Айз.

— Тот монстр… собирается стать ещё сильнее.

Все члены Паствы Локи замолчали. Её слова выразили то, что сильнейшие почувствовали сразу. Чёрный монстр только начал своё развитие.

Другие авантюристы нервно сглатывали.

— Мы убьём того чёрного минотавра, даже если это единственное, что нам удастся сделать. Если он развивается, он очень опасен. Рано или поздно он станет серьёзной угрозой, — объявил Финн, облизав правый большой палец. — Учитывая, что враги смогли попасть с восемнадцатого этажа на поверхность, у них определённо есть ключ. Мы будем стоять насмерть у всех входов в Кносс, которые нам удалось обнаружить, — объявил он, поднимая взгляд наверх. — Мы расположим членов Паствы по всей Улице Дедала. Вот какой будет наша ловушка.

— …Я бы сказал, что Храбрец и его Паства будут действовать так.

Гермес продолжал разговор с Ураном, сидящим на вершине алтаря под землёй, в Часовне Молитв под Пантеоном.

— То есть, если Фелс пойдёт на такую типичную уловку, перехитрить Храбреца ему не удастся. Он слишком уж умён. Если бы у него был опыт, Мудрец бы одержал победу… Но, к несчастью, его сражения были на других поприщах, — сказал Гермес.

— Фелса можно назвать мирным мыслителем. На поле боя он не ровня генералу, вроде Храбреца, — ответил Уран.

Сидящий на стуле перед алтарём Гермес взял в руки деревяшку и начал обтачивать. За считанные минуты умелые руки божества выточили две шахматных фигуры. Полурослика с копьём в руках и мага, одетого в робу. Он поставил их на шахматную доску, стоящую на пьедестале. Он прихватил из дома одну из досок для шахмат.

Разговаривая с Ураном, он начал готовить другие шахматные фигуры.

— Гильдия забрала останки голема, но Храбрец должен был догадаться что принадлежали они не монстру, — сказал Уран.

— Когда Храбрец разрабатывал стратегию, он принял во внимание тот факт, что Ксеносам может помогать маг. От его интуиции даже богов порой бросает в дрожь.

Рядом с полуросликом появился фехтовальщик с мечом, фея с длинным посохом и берсеркеры, один с ятаганами, другой с огромными кинжалами. Рядом с магом Гермес поставил ящерочеловека и горгулью.

Наконец, импровизированные лагеря людей и монстров на шахматной доске были завершены. Будто взирая на своих детей с высоты птичьего полёта Гермес и Уран смотрели на расположенные по разные стороны доски фигуры.

— У Мудреца в кармане немало магических предметов, которые Храбрец не ожидает увидеть… Если Ксеносы и спасутся, то не без их помощи.

— Ещё один из непредсказуемых элементов… наверное Фрея, не так ли?

Поразмыслив некоторое время, Гермес торжественно поставил в стороне от доски вырезанную им фигурку длинноволосой женщины.

— И, всё же…

Старшее божество посмотрело на него, Гермес прищурился.

— Значение имеет только то, что сделает он, — сказало божество, вырезая последнюю фигурку.

— Мы обсудили почти все детали плана, но этот план полностью зависит от него.

В одном из закоулков канализации, в беспросветной тьме ночи зашелестела чёрная роба павшего мудреца.

— Если кто-то и привлекает аномалии, то это он. Не теряйте бдительности и не смейте его недооценивать. Этот авантюрист уже превосходил наши ожидания, и может сделать это снова.

Прищурился в районе-лабиринте отважный полурослик.

— Все взгляды будут прикованы к тебе. Ну так танцуй, с искоркой, как они и ожидают. Я буду рядом.

Искры посыпались с факелов, установленных у древнего алтаря, когда божество поставило в центр шахматной доски фигурку кролика.

…Да, ключом ко всему был он.

Одновременно, хоть и в разных местах, глупец, герой и божество произнесли одно и то же имя:

— Белл Кранелл.