Том 9    
Глава 4. Миссия


Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
naazg
25.05.2020 20:57
Спасибо
lastic
25.05.2020 19:38
сенкс
naazg
12.05.2020 20:59
Спасибо
z_l_o_y_d_e_d
04.05.2020 23:14
Спасибо за перевод, и когда пятая глава?
naazg
17.04.2020 21:16
Спасибо
lastic
17.04.2020 19:09
аригато
lastic
17.04.2020 19:09
домо
naazg
14.04.2020 20:53
Спасибо
naazg
25.03.2020 07:48
Спасибо
issel
14.03.2020 15:35
Спасибо за перевод, вычитку и т.д. Вот ошибки, которые нашёл(пролог):
Потолок, стены и пол этого этажа Подземелья будто прорублены в огромных стволах деревьев. Мох плотно покрывает поверхность, освещая *проходи* - проходы;
(глава 1):
Девушка-воивр замерла, ощутив жар за своей спиной. Парящее в воздухе создание *нашно* последнюю жертву. - нашло;
Вельф* Микото и Харухиме не возражали. - Запятая;
Об этом стоило*, потому что в ночное время большинство авантюристов будет пить по барам и нас не заметит. - догадаться?

Глава 4. Миссия

— Крылатый монстр? — переспросила Фрея.

— Да, Миледи. Говорят, что он появился в ранние ночные часы.

— А. Вот почему мне показалось, что город ведёт себя громче обычного… Вот что это было.

Фрея казалась удовлетворённой докладом своего последователя, Оттара.

Бесчисленные звёзды сияли в тёмном небе. Была середина ночи, Фрея сидела на своём резном кресле на самом высоком этаже Башни Вавил. Оттар терпеливо стоял рядом.

Взяв в руки бокал вина, богиня продолжила расспросы:

— Какой урон был нанесён городу?

— Помимо нескольких изолированных подстрекателей паники, никакого. Кто-то увёл монстра прежде, чем тот напал на горожан.

— Кто-то, значит… Что говорит Гильдия?

— Ничего, Миледи. В данный момент Гильдия занята сбором информации. Скорее всего с нами свяжутся в ближайшее время.

Оттар убедился, что самые важные подробности того, что происходило в городе, достигнут ушей его богини.

Впрочем, Фрея явно заскучала, услышав такой сухой и вежливый ответ своего последователя. По крайней мере, сейчас ничего интересного он сказать не мог.

— Мне организовать поиски?

— Что же… Если эта ситуация получит развитие, идея может быть неплохой, но пока в этом нет нужды. Если случится худшее, мы всегда можем просто навестить Гермеса. Уверена, он уже знает гораздо больше нас.

Апчхи! Раздалось где-то на первых этажах башни Вавил. Разумеется, Оттар и Фрея услышать этого не могли.

Богиня красоты откинулась на спинку своего кресла, изгибы её груди показались в вырезе чёрной ночной сорочки.

— Раз это всё, что нам известно, пусть будет так. Гильдия свяжется с нами, если что-то случится. Это будет означать, что для нас будет работа.

Паства Фреи напала и полностью уничтожила Паству Иштар, и потому получила наказание от Гильдии. Ещё какое-то время Фрее придётся слушать приказы этой могущественной организации.

Пусть попросту снять наложенные ограничения в силах её Паствы, необходимо продолжить поддерживать иллюзию полного контроля Гильдии над городом. Завистливые богини явно воспользуются своим шансом и выступят против неё. К тому же, договориться со взбалмошной Локи, её союзницей, в такой ситуации будет очень непросто.

Фрея не любила, когда что-то ограничивает её свободу, но и становиться высокомерной, подобно Иштар, ей не хотелось.

— Нас могут использовать снова, пожалуйста, смиритесь с этим.

— Как пожелаете, Миледи.

Извинившись перед своими последователями, которых она обязывает откликнуться на первый же зов Гильдии, богиня красоты улыбнулась.

После этого богиня покрутила вино в бокале и поднесла его к губам.

— Надеюсь, в этот раз будет интересно, — едва слышно пробормотала Фрея. В её голосе можно было услышать нотки нетерпеливости.

— Монстр… гуманоид?..

Спросила Айз, чтобы прояснить услышанное.

— Ага, ага! Ходят слухи, что его видели в западной части города.

— Не из категории больших?..

— Не похоже на то. Пара авантюристов низкого ранга, которые его видели назвали его гарпией, или сиреной. Кажется, ничего общего с произошедшим на Монстромании это не имеет.

Двойняшки амазонки Тиона и Тионэ отвечали на вопросы Айз, которая задумчиво склонила голову.

Щебетание птиц за окном говорило о приближении рассвета. Друзья Айз рассказали ей, что случилось прошлой ночью, пока шли по узким коридорам дома Паствы Локи.

Все слухи были выяснены низкоранговыми авантюристами Паствы.

— Я слышала, что вчера вечером на улицах поднялась паника. Работники Гильдии были повсюду, расспрашивали людей.

— …Финн знает?

— Конечно. Он всех, кто свободен, попросил присоединиться к расследованию. Думаю, у него есть какое-то собственное объяснение.

Услышав, что сказала Тиона, Айз посмотрела на неё.

— Хмм, — девушка подняла глаза на потолок.

Их генерал отдаёт приказы помогать несмотря на то, что их Паства не связана с инцидентом. Это означает, что любовь к городу и его жителям сильна настолько, что он просто не мог остаться в стороне.

Скорее всего он раздражён, когда понимает, что монстр может прятаться где-то в городе и терроризировать жителей.

Как авантюристка, которая зовёт Орарио домом, Айз была тронута.

— Что нам делать, если мы найдём этого монстра?

— Финн сказал, что поймать живым было бы лучше, но…

Тиона сделала в этот момент паузу в словах, а Тионэ подхватила её мысль.

— Если будет угрожать чьей-то жизни, убить на месте.

Айз положила руку на рукоять сабли, висящей на поясе.

— Понятно.

Она кивнула.

В Гильдии поднялся настоящий хаос.

Доклады о неопознанном крылатом монстре, неожиданно объявившемся в седьмом районе Орарио поступали один за другим. Жители заполонили пространство перед Гильдией, требуя информации о том, что вызвало такой недосмотр. Несколько работников отвечали на вопросы в первых рядах, пока остальные без устали работали над сбором подробных данных.

Первостепенной задачей было раскрытие пути, которым монстр смог покинуть Подземелье и проникнуть в город. К тому же, совсем недавно один из авантюристов докладывал, что видел варвара в подземных тоннелях неподалёку от сиротского приюта на Улице Дедала.

После того что случилось на Монстромании, к Гильдии, как к управляющей городом организации, и без того возникли вопросы.

Что могло произойти? Работники Гильдии пытались найти ответ.

— Гаааах. Я с прошлой ночи работой завалена!!!

— Мы все перерабатываем. Нет смысла жаловаться.

Полуэльфийка Эйна была среди тех работников Гильдии, кто очень серьёзно перерабатывал. Вместе со своей подругой и извечной коллегой, Мишей Фрот, она постоянно была на ногах.

Она получала информацию у стойки, переносила её в главный офис, посещала место событий, чтобы допросить очевидцев, и это было лишь верхушкой айсберга. Гора работы росла быстрее, чем с ней успевали справиться. И всё это время, ухмыляющиеся божества подначивали людей и даже предоставляли фальшивую информацию, чтобы сделать происходящее интересней. Работники Гильдии были вынуждены проверять все те крупицы информации, которые к ним попадали, прежде чем их обрабатывать.

— Но, но, но… оно показалось из ниоткуда. Прирученные монстры по-прежнему в своих клетках, правда?

— Да. Паства Ганеша перепроверила всех прирученных монстров.

Миша задала вопрос, прыгая рядом с идущей по коридорам Гильдии Эйной будто мячик. Эйна утвердительно кивнула.

Гильдия проявляет строгие требования к укротителям живущим в Орарио, и Паства Ганеша единственная организация, которой позволено держать живых монстров в городе, чтобы работать с ними на Монтромании. Также они проводят множество экспериментов на пойманных монстрах и проверяют теории за закрытыми дверями своего роскошного дома ради «улучшения эффективности Подземелья».

— И не забывай, что все прирученные монстры снабжаются отслеживающими табличками. Как только какой-то монстр сбежит, об этом станет известно.

Таблички — это магические предметы, которые вживляются в тело монстра, не важно какой он формы и размера, и постоянно передают его положение на датчик. Если такая табличка ломается, немедленно раздаётся сигнал тревоги. Если один из монстров сбежит, Паства Ганеша сразу же об этом узнает.

Создание, которое видели в седьмом районе, напоминало человека с крыльями. Очевидцы описывают его, как гарпию или сирену.

Никто не упоминал о табличке на теле этого монстра.

Что меня беспокоит, так это доклады о том, что монстр носил робу… Будто он пытался скрыться, значит у него есть самосознание…

От этой мысли кровь Эйны застыла в жилах.

Она впилась в предплечье, девушки продолжали переговариваться.

— Тулле.

— Шеф? Что-то случилось?

Эйна и Миша оказались перед офисом и уже почти заняли свои столы, когда раздался голос начальника-зверочеловека.

Утончённый мужчина-чинтроп в очках, похожих на очки Эйны выглядел растерянно… Хотя, может больше подошло бы: смотрел с жалостью. Он обратился к Эйне:

— С тобой хочет поговорить начальник. Это срочно. Иди в его офис немедленно.

— Э?..

Эйна застыла.

— О нет…, — раздался перепуганный голос Миши, она пыталась натянуто улыбнутся.

…Я… Я что-то сделала не так?

Эйна поправила очки, кровь в её жилах застыла от страха

— …Простите, сэр.

Поднявшись на самый высокий этаж Главного Отделения Гильдии, Эйна постучала в дубовые двери.

— Входи, — раздался грузный голос из комнаты. Взявшись за ручки двойной двери, Эйна открыла её и оказалась внутри.

Первым, что увидели её глаза, была просторная комната с огромным книжным шкафом в целую стену. Потом её взгляд опустился на узорчатый ковёр, лежащий на полу. Всё в это комнате, от антикварных ваз и картин на стенах, до вельветовой мягкой софы и алебастровых магических ламп было высочайшего качества. Божества, живущие в Орарио, известны своей любовью к роскоши, но даже им стало бы не по себе от роскошности этой комнаты.

Эйна поклонилась и прошла в центр комнаты. Пытаясь сдерживать волнение, она подскочила к человеку, который всем управлял.

Он сидел в изысканном резном кресле, его практически не было видно из-за горы бумаг. Оторвав взгляд от законченного наполовину документа, мужчина посмотрел на Эйну своими зелёными глазами:

— Опаздываешь, Эйна Тулле.

Острые уши выдавали в нём эльфа. Однако, ему недоставало красоты и безупречности его вида.

Качество его костюма было гораздо выше, чем у любого другого работника Гильдии, однако на ткань оказывала серьёзное давление живот. Сказать, что этот человек был полон, это не сказать ничего, его фигуру сложно было описать одним словом. Одна из работниц у стойки называла его оркоподобным, и это было недалеко от истины. Конечности начальника были короткими и толстыми, а его щёки были на удивление обвисшими.

Из-за роскошной одежды, он казался торговцем, который всю свою жизнь посвятил накоплению богатств.

Таков был глава Гильдии, Ройман Мардил.

Как человек, который выносит окончательные решения Гильдии по всем вопросам, он напрямую контролирует повседневные дела Орарио.

— Ты хоть понимаешь, сколько прошло времени с тех пор, как я тебя вызвал? Должно быть, ты очень высокого мнения о себе, раз заставляешь такого человека, как я, ждать.

— Приношу свои извинения…

Несмотря на тираду, Эйна решила стерпеть, а не отвечать.

Эльфы известны продолжительностью своей жизни, и Ройман не является исключением, он отдал работе в Гильдии больше века. Его жизнь стала роскошной и полной излишеств, только когда он достиг этой позиции, что и привело к полноте.

Ему дали негласное прозвище «Гильдейская Свинья».

Все остальные эльфы Орарио его недолюбливают и предпочитают делать вид, что его не существует.

В нём видят бесстыдное ненасытное существо, совершенно забывшее о гордости своей расы. Его жажда денег, вдобавок к огромному пузу, вызвала его падение в немилость целой расы.

После того как он заполучил огромную власть, даже врождённое уважение к эльфийским родичам уступило место высокомерию. Лишь перед богами и богинями Орарио он ведёт себя скромно.

А Эйна всего лишь полуэльфийка.

Ей казалось, что мысли о «грязноте» её крови прямо сейчас проносятся в голове начальника.

Что же, я знала, что случится ещё когда он меня вызвал, но…

Эйна недолюбливала Роймана.

Она была уверена, что работников Гильдии, у которых нет на него зуба, в меньшинстве.

Но фактом оставалось то, что как бы он себя не испортил, власть была в его руках.

Свои сто лет работы Гильдии он не сидел без дела. Хоть его тяга к роскоши и могла сбить с толку некоторых людей, тот вклад, который этот эльф внёс в работу Гильдии, трудно переоценить. Если бы не его заслуги, тот, кто стоит над ним, «истинный» глава Гильдии, ни за что не позволил бы Ройману Марделу занять это положение.

Кажется, он устал…

Всё что сейчас она слышит от начальника одни упрёки, но, несмотря на это, девушка замечала, что эти упрёки вызваны постоянным стрессом, потому что он полностью зависит от милости богов… Такие размышления заставили Эйну даже ему посочувствовать.

Эйна снова и снова повторяла себе, что всё хорошо, чтобы хоть как-то избавиться от стресса. Она проявила серьёзную выдержку несмотря на давление начальника.

— Хмпф, так ты из тех, кто использует свою женственность, чтобы покрасоваться перед авантюристами. Ну да, знаю. Пользуешься телом, завлекаешь сладкими речами авантюристов высокого класса, которые для города много денег зарабатывают. Твоя распущенность столько проблем остальным работникам приносит.

Глаза Роймана скользнули по изгибам тела девушки, плотно облегаемым костюмом, от этого взгляда Эйна ощутила себя голой. Ей хотелось вздрогнуть, но она подавила дрожь в коленях и стояла гордо выпрямившись.

Это была попытка на неё надавить.

Слова Роймана были не столько домогательством, сколько оскорблением, это Эйна понять могла.

— …Это какое-то недопонимание, Сэр. Ничто из того, что вы сказали, не имеет связи с реальностью.

— Закрой свой рот! Та малость эльфийской крови, которая в тебе есть, должна была хоть какой-то стыд вызвать.

На стороне Роймана был инцидент, случившийся несколько дней назад и вовлёкший себя авантюристов Дормула и Лювиса, и его лицо покраснело от злости.

Эйна вздохнула, а глаза эльфа блестели недобрым блеском, смотря на неё.

— Но хуже всего, что ты утаиваешь от нас информацию о Белле Кранелле, не так ли?

А…

В этот раз Ройман попал в точку.

Эйна не доложила о появившейся у Белла способности Удача, или его заклинании, Вспышке, первом заклинании подобного рода, не требующего чтения. Это раскрылось во время «Битвы» и вызвало в Гильдии настоящее расследование. Очень вероятно, Ройман пытается вынудить Эйну рассказать всё, что она знает. К тому же, Эйна так и не раскрыла остальным, каким образом Белл так быстро поднял уровни. Документ, описывавший какие шаги, предпринимал парень до сих пор погребён под остальной бумажной работой на её столе. Подобная выволочка была неизбежна и сейчас поздно о чём-то жалеть.

К тому же, помимо советов, Эйна также передавала доклады, которые должны были оградить от опасности авантюристов, находящихся под её опекой, вроде Белла… Ройман мог подумать, что в этих докладах она могла упустить несколько деталей.

И снова Эйне пришлось собрать волю в кулак, чтобы унять дрожь от наблюдений, сказанных Ройманом.

— Ты много чего скрываешь, чтобы он не стал игрушкой какого-нибудь другого бога, да?

— Н-нет, это не правда!..

— Не ври мне! Ты с самого начала своей работы была на стороне авантюристов, разве нет? То, что советница не раскрыла секрет быстрого роста Белла Кранелла, принесло нам куда больше проблем, чем ты можешь себе представить!

Ударив кулаком по столу и завизжав как свинья, Ройман продолжил свой словесный натиск. Эйна могла лишь держаться перед потоком, критики который на неё вылился и ждать, пока он закончится.

Спустя некоторое время эльф успокоился.

Его лицо заблестело от пота, он сделал глубокий вдох.

— …Теперь к причинам, по которым я тебя вызвал.

Эйна снова напряглась, глава Гильдии вытер лицо кусочком ткани, который достал откуда-то из-за стола.

— Проследи, чтобы это достигло Паствы Гестии… Передай лично Беллу Кранеллу.

— Э?

Он протянул запечатанный конверт, между двумя огромными стопками бумаг.

Ошеломлённая Эйна смогла взять дрожащими руками конверт только после того, как взгляд Роймана снова стал яростным, как у медведя.

— Эм, сэр, это?..

На конверте был штамп Гильдии, в нём должно было быть какое-то предписание.

Может задание?

Ройман заговорил, отвечая на вопрос Эйны до того, как она его задала.

— Тебе скажу, что это не задание, а миссия.

— !

Глаза Эйны на мгновенье округлились.

— К тому же тайная. Единственная группа, которой положено о ней знать, это Паства Гестии, персонал Гильдии не должен о ней знать. Прояви особую осторожность, когда будешь передавать конверт… Не думаю, что мне стоит объяснять, но тебе запрещено знать содержимое.

Миссия.

Прямой приказ Гильдии, от которого нельзя отказаться. Любая Паства и авантюрист Орарио обязан подчиниться отданному приказу.

К тому же, эта миссия секретна. Эйна не знала, почему именно Беллу было поручено нечто настолько важное.

— Ты его советница. Это твоя работа.

Если Ройман будет передавать приказ лично, это привлечёт внимание, учитывая его положение.

Объяснив, что происходит, эльф откинулся на спинку кресла, глядя на поражённую Эйну.

— Передай это ему, ясно? Отказа я не приму.

— С-сэр, о чём думает руководство?..

— Мелкой сошке, вроде тебя знать не обязательно. А теперь убирайся. Я занят, — бросил в ответ Ройман.

После этого он разразился очередной тирадой, столько раз повторив Эйне, чтобы она убедилась, что всевышняя Гестия также увидит конверт, что полуэльфийка не могла выкинуть его голос из головы. А когда ему больше нечего было сказать, он ещё раз потребовал, чтобы Эйна покинула его офис.

Тайная миссия… Но почему?..

Закрыв за собой двойные двери, Эйна рассеянно стояла посреди коридора.

Её изумрудные глаза задрожали, когда их взгляд упал на закрытую печать конверта.

Решение высшего руководства? Но тогда почему Ройман следит за исполнением?.. Это его решение?

Эйна покачала головой, придя к таким мыслям.

Что если ему просто приказали?..

…Не может быть.

Недоброе предчувствие потрясло Эйну.

У организации, известной как Гильдия, есть настоящий «глава», который стоит над руководителями.

За закрытыми дверями что-то произошло.

Неожиданно ощутив волнение, Эйна прижала руку к сердцу.

Мы вернулись домой поздней ночью.

Каким-то чудом нам удалось скрыть Виену и её новообретённое крыло от взглядов.

Ночь кончилась, но ничто не могло разрушить мрачную атмосферу, сгустившуюся над поместьем. Все, кроме Лили, которая заставила себя вернуться в город, чтобы собрать информацию, оставались в поместье с нашего возвращения. Мы залегли на дно, пытаясь держаться как можно дальше от поднявшейся на улицах шумихи.

Но кое-что случилось.

Меня вызвали в Гильдию. Только меня.

— Прости, что попросила тебя срочно сюда прийти.

— Н-ничего.

Мы с Эйной оказались в переговорной.

Она стояла напротив, вся моя сила воли уходила на то, чтобы унять в теле дрожь.

Посланник Гильдии прибыл с запиской Эйны около полудня. В письме говорилось, что прибыть я должен срочно, потому я поторопился в Гильдию.

Я никак не мог успокоиться.

Почему именно сегодня?

Я в числе подозреваемых в происшествии прошлого вечера?

Впрочем, вызвала меня Эйна. Она моя советница, сомневаюсь, что со мной связалась бы она, будь я подозреваемым.

Виена, наконец, заснула после длинной ночи, перед тем как я ушёл, но я не перестаю за ней беспокоиться.

Ни я, ни Эйна не заняли места в креслах комнаты. Когда мы оказались лицом к лицу я заметил, что она очень взволнована.

— …Это для тебя.

— А?

Её напряжение стало сильнее, когда она что-то мне протянула, я увидел в её руках запечатанный документ.

— Мисс Эйна, что?..

Не зная, что думать я взял бумагу в руки. Она молчала довольно долго, прежде чем заговорить.

— Тайная миссия. Мне приказали передать эту бумагу тебе лично.

Что же, это… необычно.

Миссия от Гильдии? Да ещё и тайная?

Прямой приказ руководства. Обычно такие задания связаны с аномалиями Подземелья или убийством очень сильного монстра, а иногда это операции за городской стеной. Паства Гестии, конечно, последнее время была на слуху, но мы едва-едва можем считаться Паствой среднего ранга. Почему для миссии выбрали нас?

Если нужно втайне совершить нечто важное, почему для этого не выбрать сильнейшие Паствы или авантюристов Орарио?..

Я не мог поверить своим глазам, смотря на бумагу в своих руках.

— Можно я… открою здесь?

— Да. Но мне не показывай… мне нельзя знать.

Наш разговор был каким-то неловким.

Я медленно разломал печать, Эйна наблюдала, её рот был слегка приоткрыт.

Из-за нервозности мои руки едва двигались. Я медленно достал документ:

— Всем членам Паствы, включая воивра, приказано проследовать на двадцатый этаж Подземелья.

— …

Время застыло.

Моё тело начало холодеть. Я перестал чувствовать руки и ноги.

Слова, записанные простым языком, чернилами на бумаге вызвали у меня приступ паники.

— Убедись, что это прочтёт Всевышняя Гестия… Белл? Что случилось?

Я слышал звуки, не слова.

Я даже моргнуть не мог, глаза снова и снова перечитывали сообщение, дыхание перехватило. Слова то расплывались, то снова становились отчётливыми.

Но как?.. Когда?..

В голове зажглось множество вопросов, ни один из них я даже задать до конца не мог, появлялись новые.

«Воивр», речь идёт о Виене, сомнений быть не может. Кто-то знает, что Паства Гестии её защищает?

Гильдия всё знает?

Это угроза?

Если это правда…

В чём смысл этой миссии?

Что Гильдия пытается сделать?

Как я могу хоть что-то понять, когда в мой разум засыпается столько вопросов?

— Белл! Белл?!

Эйна произносила моё имя снова и снова, я начал приходить в себя.

Её голос вернул меня в реальность. Я уставился на неё, побледневшую, будто призрак.

— Мисс Эйна, что Гильдия?..

Я начал произносить слова, но они застряли в горле.

Я не могу спросить.

Я не могу спросить у неё, что известно Гильдии.

Друзья они мне или враги.

Я не знаю, кому я могу доверять.

Я почти слышу, как содрогается лицо Эйны.

Возможно ли, что даже она?..

…Нет, не может быть!

Я потряс головой, ощущая, что мои мысли выходят из-под контроля.

Она никогда меня не подводила. Она никогда не пыталась что-то от меня узнать.

Эйна занимает самое низшее положение Гильдейской иерархии. Она сама сказала, ей «не позволено знать».

Я не могу позволить положению, в которое я попал, заставить меня сомневаться в тех, кто всегда был на моей стороне.

Вот так. А сейчас передо мной…

Миссия назначена высшим руководством Гильдии.

Я сглотнул.

За работу принялся мощный механизм, и мы почти встали у него на пути.

— …Белл, пожалуйста, поговори со мной.

— !

Эйна сделала ко мне шаг, я вздрогнул.

Подняв голову, я увидел её умоляющий, честный взгляд.

— Если что-то тебя беспокоит, скажи мне. Я даю слово, что не узнает ни единая душа. Я не могу стоять и смотреть как ты держишь всё в себе.

Её глаза начали дрожать, будто она вложила в эти слова всё своё сердце.

— Даже если я буду худшей советницей в глазах Гильдии, я сделаю всё, чтобы помочь авантюристам, таким как ты.

Я ощутил, что тоже готов прослезиться.

— Выслушать, когда тебе нужно выговориться, это всё, что я могу. Пожалуйста…

…Доверься мне.

Её мольба была искренней.

Она ничего не знает.Но если я расскажу ей что случилось, если поддамся её доброте, она окажется во всё это втянута. Из-за меня её тоже затянет в это тёмное дело.

Я… Я не могу этого допустить.

— …Ничего… не случилось… Пожалуйста, не беспокойтесь.

Эти слова потребовали всей выдержки, которая во мне была.

Эйна ссутулилась, будто что-то в ней сломалось. Она была подавлена.

Я не мог взглянуть ей в глаза. Даже смотря в пол, на её ноги, я знал, что она отвела взгляд.

Между нами выросла стена. Я практически слышал, как она появилась.

Будто пытаясь сбежать я оставил Эйну, быстрыми шагами покинув переговорную.

Сопротивляясь невидимой силе, тянувшей меня снова пойти в Гильдию и извиниться, я вернулся домой.

Не растрачивая времени, я перешёл прямо к делу, собрав остальных в Гостиной.

— Миссия…, — не веря своему собственному голосу, прошептал Вельф, крутя в руках конверт. — Так они знают? Из-за того, что вчера случилось?

— Так было бы слишком внезапно. Воивр… Лицо и тело Сударыни Виены было скрыто плащом, но им известно монстром какого типа она является… Единственное подходящее объяснение, они знают довольно давно.

Морщинок на лице Вельфа прибавилось, пока он, пытаясь оставаться спокойным, слушал объяснение Лили. Микото и Харухиме стояли по сторонам будто статуи. Боженька прочла документ и, погрузившись в раздумья, стояла молча. Виены в комнате не было.

Никто в комнате не мог присесть.

Когда мы обменялись взглядами, я понял, что в замешательстве пребываю не только я.

—Причины выдачи такой миссии заставляют Лили задуматься куда сильнее…

Лили взяла документ из рук боженьки и внимательно его прочла. Непривычно было видеть столько неуверенности на её лице, пока её ореховые глаза пробегали по строчкам.

— Лили не может понять, чего Гильдия пытается достичь. Это не наложение ареста и не требование немедленно выдать сударыню Виену… Зачем отправлять нас в Подземелье?

Вдобавок к тому, что документ был украшен похожим на лозу узором, в нём указывалась подробная инструкция.

Красными чернилами на карте двадцатого этажа был нарисован круг. От нас требовали дойти до одной из самых глубоких частей этажа, вдали от главного пути. Нам даже указали в какое время мы должны выдвигаться. Сегодня в полночь, когда темнее всего.

— Получается, Гильдия не собирается нас арестовывать?..

— Сейчас, по крайней мере.

— Мы должны сопроводить Виену-сан обратно в Подземелье… Но для чего?

— Чтоб я знал. Может в Подземелье планируют что-то начать, а мы просто посыльные?

Лили ответила на вопрос Микото, пока Харухиме и Вельф делились мыслями.

Вельф взял документ из рук Лили, пока все разговаривали, когда он прочёл наше задание во второй раз, он нахмурился ещё сильнее:

— А мы вообще сможем? Мы? На двадцатый этаж? Мы едва на девятнадцатый спустились.

— …Постоянное использование заклинания сударыни Харухиме позволяет нам получить группу из двух авантюристов третьего уровня и одного второго уровня. Двадцатый этаж относится к серединным этажам Подземелья, потому таких сил достаточно, теоретически. Проблема заключается в том, что у нас нет опыта сражений на этих этажах.

Авантюристы тщательно изучают каждый этаж, особенности ландшафта и сражения с монстрами, прежде чем спускаться ниже, ради безопасности.

А нам придётся пропустить всю подготовку и оказаться в самом сердце двадцатого этажа, в месте в котором мы никогда не были… Одно можно сказать наверняка, мы столкнёмся с «неизвестным» напрямую.

Как Лили и сказала, отвечая Вельфу, нам придётся бороться с волнением и страхом от попадания в новое место, незнакомое окружение и битвах с новыми монстрами.

— …Что мы будем делать?

В тот момент, когда все притихли… раздался голос Микото.

— Не думаю, что у нас есть выбор, нам придётся идти…

— Это миссия. У нас нет права отказаться.

Вельф и Лили заговорили, озвучивая самые весомые аргументы.

Гильдия заправляет всем, что случается в Орарио, и этой организации известно, что мы станем делать. Мы оказались всё равно что между молотом и наковальней. Попытаемся сопротивляться, например, сбежать из города, и нас выследят ещё до того, как мы покинем городские стены.

Всё что для этого нужно будет сделать, это рассказать, что Паства Гестии покрывала монстра в своём доме.

Что же случится с Виеной?..

Нет смысла пытаться отвечать на этот вопрос, не зная, чего Гильдия пытается достичь. Это я понимаю. А ещё я понимаю, что выбора у нас нет, как подчеркнула Лили. Просто… я не могу не задуматься, что произойдёт, если мы сделаем то, что приказано… И есть вещь, о которой я не могу перестать беспокоиться.

…Я сомневаюсь, что Гильдия могла отправить нас на двадцатый этаж зная что-то, чего мы знать не можем.

Виена была рождена в Подземелье.

И тот монстр, который нам встретился, назвал её «одним из её вида».

Я понятия не имею во что выльется эта миссия.

Одно мне известно: есть вероятность, что Гильдия знает о Виене нечто важное, и у неё есть на неё какие-то планы. Когда мы поймём, что это за планы, для нас всё встанет на свои места.

Авантюристы… скорее исследователи?

Давным-давно, в Древние Времена, безумно храбрые люди спускаясь в Подземелье оставались один на один с «неизвестностью», и их начали называть авантюристами.

А теперь и мы входим в Подземелье навстречу новым открытиям. Это путешествие ни за что не станет таким же, как когда-то, кем-то совершённое.

— …

Все мы посмотрели на нашу богиню, Всевышнюю Гестию.

За это время она не произнесла ни слова. Посмотрев на нас в ответ, она медленно кивнула, будто говоря нам идти.

Мы кивнули, принимая её божественную волю. Теперь всё решено. Мы отправляется на миссию.

— Я хочу попросить у всех прощения… это всё моя вина.

Несколько тяжёлых секунд спустя…

Я не мог взглянуть на своих друзей, мне оставалось только извиниться.

Я знал, что спасение Виены было правильным решением. Я не могу заставить себя думать по-другому. Она прячется в нашем доме, и я чувствую сердцем, что защитить её было правильно.

Однако, как член этой Паствы и как её лидер, я обязан извиниться. Из-за меня каждому пришлось принять эту ношу на свои плечи. Лили предупреждала, что может случиться и была права.

Я подверг всех опасности. Именно этого должен избегать любой лидер. Я провалился. В конце концов, мне кажется, что я не подхожу на эту роль.

Бесконечное чувство вины мешало мне взглянуть в глаза остальным. Дрожащие руки сами собой сжались в кулаки.

— Белл-сама, — Харухиме, стоявшая ко мне ближе всех, потянулась и взяла мою руку своими руками, — прошу вас. Не жалейте о том, что вы пришли на помощь Виене-сан.

Я, наконец, смог поднять голову. В её глазах была мольба.

Обвив мой кулак обеими руками, она подняла его к груди и сжала сильнее.

— Меня бы сегодня здесь не было, если бы вы с Микото-сан меня не спасли. Благодаря всем вам, я снова могу радоваться. Виена-сан такая же. Всё потому, что мы пришли ей на помощь!..

Её чарующие зелёные глаза блестели от слёз, голос переполняли эмоции. То, что она хотела сказать было понятно. Не нужно отрицать всего хорошего что было, каким жутким положение бы ни было сейчас.

Я ощутил, как мои глаза распахиваются шире, когда первые слезинки покатились по её щекам.

Несколько мгновений спустя, Харухиме поняла, что до сих пор держит мою руку и, краснея, подпрыгнула.

Лили подошла к Харухиме сзади и, сурово на неё взглянув, резко потянула лисий хвост.

— Яй!.. — взвизгнула Харухиме.

Я покрылся холодным потом, когда Харухиме пришлось от меня отпрянуть, и заговорил Вельф:

— Тебе не за что извиняться. Так во всех семьях поступают, разве нет? Поддерживают друг друга, — сказал он. — Или ты забыл, чему я подверг вас с Гестией во время вторжения Ракии?

Он пожал плечами.

— Влезай в проблемы, в которые тебе хочется. Я возражать не буду.

— Вельф…

Я не мог и слова сказать. Даже Микото мне улыбнулась:

— Нам суждено быть в одной лодке, — сказала воительница с Дальнего Востока с обострённым чувством справедливости.

Её фиолетовые глаза тоже смотрели на меня с пониманием. Я смотрел в её глаза несколько секунд, прежде чем перевести взгляд на Лили.

Она стояла рядом с Харухиме, гладившей и расчёсывавшей свой хвост. На её лице также была расслабленная улыбка:

— Лили последует за вами куда угодно, сударь Белл. Всё-таки, она ваша помощница.

Вся наша семья мне улыбалась.

Сжатые кулаки начали разжиматься от окружающей теплоты.

— …Спасибо.

Вместо извинений…

Я сказал им, как я им благодарен.

— …

Гестия наблюдала за разговором своих подопечных чуть в стороне. От крепких уз её последователей улыбка сама собой возникла на её лице. Впрочем, эта улыбка была недолгой. Взгляд богини снова упал на письмо. Взгляд богини пробежал по буквам, выражавшим приказ о спуске на двадцатый этаж, а потом упал на подобные лозам узоры, покрывавшие углы страницы. Их форма могла показаться случайной, но в них было заключено гораздо большее. Эти узоры были тайным посланием, скрытым на самом видном месте, записанным языком отлично знакомым богине, иероглифами:

Приходи в четвёртый блок седьмого района города, когда твоя Паства уйдёт. Тебе не причинят вреда.

Скрытое божественное послание.

Гестия слышала, что Белл получил миссию от Эйны, которой было приказано убедиться, что она увидит этот листок.

Одной из целей этой миссии было отделить её от Паствы, прежде чем с ней связаться.

Богиня прищурила свои синие глаза.

Неужели тот, кто дёргает за ниточки это?..

Гестия напряглась, прочитав послание, которое указывало ей приходить одной снова.

Я поднялся по лестнице, омываемой заходящим солнцем.

В окно было видно, что солнце почти скрылось за горизонтом. Казалось, будто небо пылает, его заливал красноватый свет ранних сумерек. Что же до меня, я переставлял ноги на ступеньках, быстро поднимаясь.

После долгого обсуждения мы решили принять сегодняшнюю ночную миссию и разошлись подготавливаться.

Лили пошла в город, чтобы пополнить наш запас предметов для спуска на серединные этажи. Собрав нашу броню и оружие, Вельф заперся в мастерской, проверяя, чтобы всё было в лучшем состоянии. Микото и Харухиме, готовившие еду и воду для длительного путешествия, ушли не так давно. Даже боженька сказала, что у неё есть какое-то дело и ушла. Если не считать Вельфа в мастерской, в поместье остались только я… и Виена.

Я поднялся на третий этаж нашего дома и прошёл по коридору.

Оказавшись перед своей комнатой, я тихонько распахнул дверь.

Девушка с бледно-синей кожей лежала на моей кровати в углу комнаты. Она была одета в ту же робу, что и вчера, её щёки блестели от слёз, она свернулась на кровати клубочком как ребёнок.

Всё так как мне и говорили Харухиме и Микото, использовавшая свой навык постоянно. Она плакала и не выходила из моей комнаты с возвращения.

Будто она боялась внешнего мира.

— …

Я подошёл к кровати, стараясь не издать ни звука.

Пытаясь не разбудить Виену, я сел с ней рядом.

В комнате было тихо. Время шло, никакие звуки не проникали сюда снаружи, она была далеко от тех, кто хотел причинить ей вред. Я слышал только тихое дыхание Виены.

Учитывая, что лето почти наступило, даже в вечерние часы было тепло. Но мне не хотелось открывать окно. Это нарушит наше с ней пространство.

Может комната и моя, но её запах уже смешался с моим.

Прошла всего неделя, но столько всего случилось. Её запах вызвал множество воспоминаний, которые начали проноситься в моей голове, когда я закрыл глаза.

— …

Столько проблем.

Кажется, я каждый день готов был разрыдаться, но, несмотря на это, я ни на что не променял бы прошедшую неделю.

Мои губы расплылись в улыбке от тёплых воспоминаний.

Я протянул руку и нежно провёл ей по волосам Виены. Блестящие синие пряди были прочными, но при этом покладистыми, будто шёлк. Они казались такими чужими, когда я пробежал по ним пальцами, как делал каждый день до этого.

— …Ммм.

Её голубые веки вздрогнули и открылись.

Янтарные зрачки медленно осмотрели комнату. Они бегали по сторонам, пока не остановились на мне. Улыбка появилась на её губах.

— Белл…

— Да, это я… Прости, что разбудил.

Она легонько помотала головой на мои извинения, будто говоря, что всё в порядке.

Её крыло, сложенное над изодранной робой, двигалось вместе с головой.

Не отрывая головы от подушки, она взяла мою руку и передвинула её с волос на свою щёку. Её кожа была прохладной, будто всё это время её обдувал ветерок.

Ещё не проснувшись до конца, она радостно посмотрела на меня.

— Виена, я хочу сказать тебе нечто важное, послушай, пожалуйста.

— …Хорошо.

Она медленно села.

Наши взгляды встретились, мы сидели бок о бок на кровати. Тени наших силуэтов, сидящих друг напротив друга растянулись.

— Ночью?..

— Да, вместе с Харухиме.

Я рассказал Виене о решении, которое мы приняли вместе с боженькой.

Разумеется, некоторые вещи я упустил.

Я всё ей объяснил, сказал, что мы должны пойти в то место, в котором она родилась.

— …

— …Ты не хочешь туда идти? — спросил я, увидев, как она опустила голову.

Не могу её в этом винить. Я не сказал ей почему мы должны спуститься в Подземелье. Это должно было вызвать удивление.

Виене наверняка непросто такое принять. В конце концов, Подземелье наполнено страшными существами, которые пытались её убить.

Проблема в том, что мне нужно убедить ей пойти. Я начал придумывать причины, но…

— Нет… Я пойду.

Она не подняла головы, но сказала так, чтобы я её ясно услышал.

Я не поверил своим ушам, когда она подняла на меня взгляд:

— Белл… Харухиме. Все пытаются мне помочь, так ведь?

Глаза сами собой округлились.

Красный драгоценный камень блеснул в последних лучах заходящего солнца.

— Все всегда пытались мне помочь.

— Виена…

— Это страшно… Но только не когда со мной Белл и остальные.

Последний лучик солнца уже скрылся, но я видел, что тело Виены дрожит.

Невинная, чужая этому миру девушка лишь пыталась казаться храброй.

Она доверилась нам.

— Прости, что столько плакала… Спасибо за защиту.

Слёзы грозили в любое мгновенье вырваться из янтарных глаз, но она широко улыбалась. Потом она наклонилась и зарылась лицом в мою грудь:

— Я люблю… Белла.

…Чего бы мне это не стоило, я должен защитить эту девушку. Что бы нас не ожидало, я защищу Виену. Я её не оставлю. Я не дам ей умереть.

Я поклялся сам себе.

Настала моя очередь сдерживать слёзы. Пытаясь не прослезиться, я приобнял её руками.

Я обнял её всю, включая дрожащее драконье крыло.

Снизу раздались тихие всхлипы.

Солнце село. Остатки его света заливали мою комнату красновато-золотым светом.

— Монстр гуманоид… Тот самый.

Дикс поправил очки, уголок его губ скривился в усмешке.

— Правда, насчёт крыльев ничего не помню… У той зверины, которую вы видели ничего такого не было, так?

— Не было. Только руки и ноги, как у человека. Хотя, у воивров змеиные тела, с крыльями, кажется…

— Точно… Зверь остаётся зверем, если у него есть когти и крылья.

Тук, тук. Дикс постучал древком красного копья по плечу, слушая подчинённых.

Они были в комнате без окон. Их окружали стальные прутья клеток, они могли разговаривать во весь голос, не боясь быть услышанными.

— Вы же знаете, что это случилось как раз в тот день, когда наш бог его навестил… Наверное, это удачей называют? Наверное, наш всевышний не так глуп, как может показаться.

Похвала вспыльчивому божеству повисла в воздухе без ответа.

Дикс усмехнулся.

— Думаешь о том же, о чём и я, Дикс?

— Ага.

Решение было принято.

Красные глаза авантюриста прищурились за закопчёнными кварцевыми стёклами очков.

— Глаз не спускать с Паствы Гестии.

Затянувшийся над Орарио закат сменился ночью.

В городе было шумно. Исключением был Центральный Парк, наполненный мирной тишиной.

Едва ли можно было найти человека, который сейчас был бы рядом с Башней Вавил. Огни ресторанов и баров виднелись из парка, но в основание белой башни не проникало почти ни единого звука.

Время близилось к полуночи. Часы вот-вот должны начать отсчёт нового дня.

Белл привёл свою Паству к западному входу в Башню Вавил.

Он, Вельф и Микото были одеты в саламандровые плащи поверх брони. Лили и Харухиме — в Робы Голиафа. И, наконец, у Виены, помимо накинутого на плечи саламандрового плаща был слегка изменённый рюкзак. В этом рюкзаке было проделано отверстие, которое скрывало крыло Виены и маскировало её под самую обычную помощницу.

Девушка-воивр бросала взгляды через плечо, поскольку это странное устройство хлопало её по спине, пока она шла. Группа авантюристов окружила её и нагрузила разнообразным оружием, которое было заранее подготовлено. Арсенал включал в себя большой щит, разнообразные клинки разной длинные и даже магический меч. Ещё никогда их группа не выглядела такой укомплектованной, всё благодаря труду Вельфа.

Волнение перед миссией начало давать знать о себе. Харухиме, Микото и Лили выглядели взволнованными.

— …

— Что-то не так, Белл?

Группа стояла у открытых дверей Вавила, её освещал исходящий из башни свет, неожиданно для всех Белл обернулся.

Вельф окликнул его, увидев, как парень пристально осматривается.

За нами наблюдают… И наблюдателей явно больше одного.

Белл ощущал на себе взгляды откуда-то из-за пределов пустого парка. Наблюдатели не слишком близко, но они точно рядом, разбросаны в разных направлениях.

Расставила ли Гильдия своих людей, чтобы за ними проследить, или…

Живот Белла скрутило от воспоминания о недоброй улыбке Икелоса.

Обернувшись, он посмотрел на девушку, скрывающую своё лицо под капюшоном, Виену.

— Белл…

Взволнованный взгляд янтарных глаз посмотрел на него из-под капюшона.

Белл несколько раз глубоко вдохнул, они молча смотрели друг на друга.

Отбросив свои волнения, парень улыбнулся так широко, как у него получилось.

— Всё хорошо.

Поправив свой капюшон Белл морально подготовился к тому, что ожидало его впереди.

— …Пора, — сказала Лили, с щелчком закрыв крышку своих треснувших карманных часов.

Все взгляды обратились на Белла. Парень кивнул.

— Всевышняя, мы уходим.

— Хорошо. Только вернитесь все вместе.

Гестия хотела увидеть, как они отправляются и прошла до башни Вавил вместе с ними. Белл быстро попрощался.

Богиня осмотрела своих последователей и, дождавшись момента, когда все отвернуться, остановила Белла, тихонько заговорив:

— Белл…

— Что, Боженька?

— …Нет, ничего.

Увидимся, когда вернёшься, одним взглядом передала Гестия, наклонив голову набок. Парень кивнул снова и вошёл в Вавил.

Их миссия официально началась.

Группа отправилась на двадцатый этаж.