Том 2    
Новеллист – одержимый младшими сестрёнками м***к 2

Новеллист – одержимый младшими сестрёнками м***к 2

— НВООООООООРГРХХХХХХХХ!!!

Проснувшись и отправившись в ванну, я обнаружил голую сестрёнку внутри, издавшую боевой клич от которого волосы встают дыбом. Семь отростков, заменяющих ей руки зловеще зависли в воздухе, она залила всю ванную слизью.

— О, утречка. — совершенно спокойно ответил я. Гигантский силуэт передо мной, смесь баббитового червя, морской собачки и мурены, смешанных вместе и размазанных по стене, начал неестественно дёргаться, скрежетать отростками и обнажил клыки, подобные паре огромных кухонных ножей. «БРАААГРХХХ!!!» сказала она в ответ. Это означает что она рада.

— Ага, сегодня ты выглядишь великолепно.

— Горгуреееехххх. — ответила она, взвизгнув через свои дыхательные поры будто умирающая бычья лягушка, только в тысячу раз отвратительней, и начала трепыхать переливающимися миллиардами цветов бугорками, окружающими её шею как рюшки. Так она выражает своё смущение.

Если бы мне нужно было описать свою младшую сестрёнку одним словом, я бы сказал «монстр». В обычном состоянии её рост около двух метров, хотя она может сжаться до сорока сантиметров, или вытянуться до пяти метров, если ей нужно запугать врага. Всё её тело покрывают уродливые усики, продолговатые отростки и тоненькие волоски, и, пусть у неё и нет рук или ног, она может трансформировать свои желеподобные щупальца и объединять их чтобы они действовали как конечности. На её теле пятнадцать вздутых, светящихся бугорков, каждый из которых диаметром двадцать сантиметров, пять на подобии спины, по пять на том, что должно быть плечами, если бы она была четырёхногим существом, и в каждом из этих бугорков плавает объект, похожий на человеческий мозг.

У неё интеллект, сравнимый и интеллектом собаки, но поскольку она смотрит на всех людей, кроме меня как на добычу, общаться с ней практически невозможно. Честно говоря, я не совсем уверен, что она способна меня узнать, потому что довольно часто, когда я сплю её выделения прожигают мне одежду, или она захватывает меня своими щупальцами и помещает внутрь своего тела, ну, наполовину. Впрочем, ощущение её дыхания на коже и щекочущее нос зловоние каждый раз вовремя меня будят, так что я не против.

— Пыталась съесть меня этой ночью, да? Знаешь, так делать нельзя.

Сестрёнка ответила на моё предупреждение раскрыв семь своих ртов и сверкнув своими неровными, похожими на клинки и зазубренные пилы зубы: «Скрвееееккк». Они начали скрежетать и сталкиваться друг с другом, а вскоре на пол полилась фиолетовая жижа, начавшая плавить плитку в местах, в которых её касалась. Кажется, она пытается сказать прости. Ха-ха! Как мило с её стороны.

…Подробное описание анатомии этой жуткой и отвратительной младшей сестрёнки вперемешку с давящим на психику описанием наблюдений смотревшего на всё это с нежностью протагониста продолжалось десять страниц.

— …Что это?

Редактор Кенджиро Токи больше не мог этого выносить. Он бросил манускрипт на стол, его лицо было мертвенно-бледным. Едва прошло обеденное время, на улице только-только начался март. Квартира в здании, сдававшем комнаты множеству студентов. Перед Токи сидел молодой человек, непоколебимо скрестивший руки на груди. Ицуки Хашима, один из новеллистов которого редактирует Токи, человек, который создал этот безумный концепт.

— Что это? — повторил свой вопрос Токи, его ждал искренний ответ.

— Практикуюсь.

— Практикуешься?

— Ага, я подумал, что было бы неплохо представить как выглядит младшая сестрёнка-героиня перед тем, как создавать полную историю.

— А.

Токи кивнул. При создании новой серии книг многие авторы начинают с написания небольших зарисовок главных моментов новеллы, разговоров, битв, сексуальных сцен, чтобы полнее представлять себе историю. Редакторы перечитывают эти зарисовки и иногда дают советы и подбрасывают идеи по тем вещам, которые сложно описать словами, вроде тона повествования и атмосферы истории. Если новелла основана на чём-то большем, чем простое описание повседневности, зачастую приходится испробовать десятки способов повествования, поскольку простое изложение сюжета далеко не всегда может привлечь читательскую аудиторию.

— Ну и… что это? — когда Токи осознал, что этот манускрипт какая-то проверка от его писателя, причина его создания стала для Токи ещё загадочней.

— Я хотел узнать сколько людей полюбит эту младшую сестрёнку только за то, что она младшая сестрёка.

— А. Вот почему ты не сделал ничего, кроме простого присвоения имени «сестрёнка»? Она не красавица, даже не человек, нам даже не совсем известен её пол. У неё даже черт маскота, которые могли бы сделать её милыми, как у Офкок из Мэрдок Скрамбла (разумная, говорящая мышь). Нет ничего что указывало на то, что она младшая сестра, в отличии от Долорес из Zone of the Enders (гигантский робот) или Цумуги из Рыцарей Сидонии (у которой есть щупальца). С ней нельзя даже общаться. Она грязное, отвратительное, плюющееся кислотой чудовище, которое может переварить само себя. И ты хочешь проверить сколько читателей её примет, просто назвав её «младшей сестрой»?

— Да! Именно! Точно!..

В голосе Ицуки слышалось явное облегчение. Наконец, кто-то его понял.

— И как результаты? — спросил Токи.

— Результаты?

— Ты сам можешь проникнуться чувствами к этому потустороннему монстру?

Этот вопрос заставил Ицуки погрузиться на несколько секунд в молчание.

— …Я бы сказал, что она едва проходит по моим меркам, наверное?.. — наконец выдал он ответ, подняв брови.

— Едва проходит. — вздрогнул Токи. — Слушай, если у такого помешанного на сёстрах мудака, вроде тебя она «едва проходит», ни один нормальный человек никогда к ней не проникнется. Я бы дал одну сотую процента что здравомыслящий человек мог бы признать в этом сестру протагониста.

— …Думаешь? — теперь и в голове Ицуки пронеслась подобная мысль. Опустив глаза, он начал бормотать. — …но почему? На моей стороне мощь сестрёнки, но… что такое тогда младшая сестрёнка?.. Аррргх…

Мысли парня завели его в тупик, и Токи прекрасно это понял. Редактор мог только вздохнуть.

— Я рад что ты так активно думаешь о новых проектах, но у тебя и другой работы полно, правильно?

С тех пор как Ицуки добровольно отбросил в прошлом месяце идею о работе над Охотником на Демонов в Алом (последним тайтлом на данный момент времени), он постоянно придумывал новые идеи и представлял их Токи, одну за другой. Работа над новыми проектами важна, и с точки зрения редактора Токи хотел его похвалить за проявленное писательское рвение в описании нового синопсиса, но уже сейчас у Ицуки Хашимы две серии-онгоинга, Сестринская Битва и Всё о Моей Младшей Сестёнке. Новый том Сестринской Битвы должен поступить в продажу уже в следующем месяце, но манускрипт готов только на половину.

— Четвёртую главу пятого тома Сестренской Битвы ты отправил мне ещё в прошлом месяце, но с тех пор я о ней не слышал. Ты ведь продолжаешь работу?

Токи надавил на Ицуки, тот отвёл взгляд.

— О, вот оно что? Ха-ха-ха… Мне казалось я отправлял, забыл наверное…

— …Раз у тебя есть наработки, давай посмотрим, что ты сделал.

— Да, эм, то есть, знаешь, я хотел бы тебе показать или даже отправить прямо сейчас, но я в процессе написания супер-важной сцены. Мне бы хотелось полностью её завершить перед тем, как показывать, так что хочу сохранить её до полного написания чтобы не портить впечатления от завершения тома.

— …Ну ладно. Ещё немного подожду… Ты точно не забыл, да?

Ицуки расплылся в улыбке, под строгим взглядом токи. — А-ха-ха! Не бойся ты так, дружище! Мне начинается казаться что я пишу величайшую вещь в своей карьере… ну, почти написал! Так что расслабься и приготовься к восхищению!

— Слушай, том выходит в следующем месяце, так что просто «расслабиться» я не могу… Но раз ты так говоришь, ждать буду с нетерпением.

— Точно! Доверься мне, ты в хороших руках, ха-ха-ха!

Перед уходом Токи ничего не сказал Ицуки, хоть и был по-прежнему взволнован. Когда редактор ушёл, Ицуки шлёпнулся на кровать лицом вниз и застонал.

— …Вот чёрт… И что теперь делать?..